Оказавшись в очередной раз в Бердянске по газетным надобностям, мы с коллегой задержались возле очень не по-современному, я бы даже сказал – по-старомодному, выглядящего дома, расположенного неподалеку от переселения улиц Итальянской и Защитников Украины.
Обошли его со всех сторон – насколько это было возможно, сделали снимки. И разговорились с прохожим, который удивился вниманию журналистов из Запорожья к старому, несколько обшарпанному, серому дому.
Еще больше он удивился, когда я предположил, что в будущем на нем может появиться… мемориальная доска.
– Если, конечно, – усмехнулся я, – благополучно звезды сложатся.
– В честь кого доска? – недоверчиво полюбопытствовал прохожий, оказавшийся весьма разговорчивым и очень любознательным человеком.
– В честь конструктора летающих танков, – буднично, надеясь на эффект произнесенного, ответил я.
– Самолетов, что ли? – опешил собеседник, на которого мои слова таки произвели впечатление. – Так у нас в городе, вроде бы, не было авиаконструкторов.
– Танков, – повторил я. – Летающих.
И коротко рассказал о том, что в доме, который находится неподалеку от перекрестка улиц Итальянской и Защитников Украины родился будущий инженер Афанасий Фирсов. Выучившись за границей, он после большевистского переворота вернулся в Россию, а в 1931 году получил главную в своей жизни должность: возглавил в Харькове конструкторскою бюро, которое создало советские легкие колесно-гусеничные танки серии «бэтэ» [«быстроходный танк», значит] – БТ-5 и БТ-7. До того, как в производство была запущена легендарная «тридцатьчетверка» – Т-34, работа над которой велась в том же харьковском КБ, «бэтэшки», как их называли в войсках, были одними из лучших в мире танков. Если не самыми лучшими.
Летающими же их называли потому, что они могли… летать: препятствие в 30-35 метров БТ-7, например, брал сходу – птицей грозной перелетал через него.
Ну, а абсолютный рекорд свободного полета на танке бердянского конструктора установил в 1936 году капитан Евгений Кульчицкий: 42 метра. И это был прыжок, полет, а не падение с крутого берега реки, скажем.
– Получается, БТ – это Бердянский Танк, – задумчиво произнес мой визави, выслушав рассказанное мной. – Хорошо звучит.
– Звучит шикарно, – соглашаюсь я.
– А что с конструктором стало, известно?
– Конечно: его в 1937 году расстреляли.
– За летающий танк?
– Можно и так сказать.
– Напишите об этом? – полюбопытствовал словоохотливый прохожий, понимая, что разговор наш подходит к логическому завершению.
– Обязательно! Для этого мы и дом конструктора искали – чтобы было чем материал проиллюстрировать. Кстати, у его отца, бердянского купца, в городе было еще несколько домов.
– Ну, буду ждать вашу статью.
И мы расстались почти друзьями.
Владимир ШАК
Фото автора и из открытых Интернет-источников
Инженер из Бердянска Афанасий Фирсов, конструктор летающих танков
БТ-7
БТ-7 в полете
Дом, в котором родился Афанасий Фирсов
