В этой книге 36 историй. Это истории тридцати шести квартир подъезда, в который попала российская ракета. И оборвала жизнь жителей: старых и молодых, одиноких и семейных, любящих собак и понимающих кошек.
И унесла жизни детей – об этом хочется сказать отдельно, потому что последняя запорожская, еще не записанная трагедия отбирает силы даже о ней думать…
Семилетний Макар Дорош погиб в ночь на десятое октября в Запорожье, в доме, где жил вместе с двумя старшими сестричками семьи, папа которой недавно вернулся из российского плена…
Да надо об этом писать! Кричать миру, что каждая украинская квартира может стать могилой. Что угрожает каждый подъезд, каждый дом. Что сотни домов уже превратились в скелеты прошлого. Что стерты даже воспоминания об обитателях тех домов – не всегда остается кто-то, кто может вспомнить и рассказать…
Для 36-ти историй книги «Видят ли небеса кошек» Ольга Полевина и Элина Заржицкая пригласили авторов со всей страдающей Украины. В аннотации книги на сайте издательства Богдан она представлена так: «36 квартир в подъезде, в который попала ракета. 36 семей, и множество несбывшихся надежд, потерянных судеб, казненных жизней. 36 авторов рассказывают о доме, подобных которому так много во всей Украине. Это – Реквием по всем, кого». Книга издана в 2024 году.
Присоединились к книге и запорожцы. Я всматриваюсь в глаза котика из рассказа Тамилы Тарасенко «Последний дом кота Тимоша», квартира 143, и вижу, что в нем живет душа семьи, которая потеряла жилье и просит убежища в другом городе – вместе с ним четырехлапым.
И вспоминаю пустые от тоски глаза людей, которые в начале полномасштабного вторжения ехали по многотысячному потоку через наш город, не в силах обернуться, вспомнить и рассказать о своем заброшенном доме. И знаю, что смерть от русского оружия находила людей и в квартирах, домах, принявших их – вынужденно переселенных [какое же это грустное словосочетание!]. И люди погибали в квартирах вместе со своими котиками, легким имуществом в рюкзаках, со своими родными и людьми, которые их приютили.
Быт рассказа Олеся Барлига о квартире 111 – «Утро судного дня» – сначала завораживает неторопливым бытом, медлительностью движений пожилого человека…
И смерть от ракеты приходит так знаменательно и мгновенно, что ты не понимаешь, читая, что случилось. Словно падает из рук и разбивается на крохотные щепки стакан из рук. И ты мгновенно отдаешь себе отчет, что это навсегда, что никогда уже не вернется форма, содержание и тепло уничтоженного вместе с человеком его дома.
Читать тяжело. Читать нужно.
Надо переводить на языки мира, стучать в дверь издательств, в сердца людей, которые могут повлиять на власть имущих и политиков разных стран… Да и в сердца людей, которые должны понять: если не прекратить войну, не загнать в логово и не запереть надежно в своей людоедской среде при восемских преступниках… любого дома, любой страны мира.
Снова думаю о маленьком Макаре: «Господи, как, ну как?! Папа попал в плен, когда Макару было 4 годика. Три года! Вернулся, радовался. И — все. Все!»
Слов нет. Бедны наши дети. Каждый день у нас гибнут дети. Никто, значит, никто не может это прекратить…
Я не могу даже написать типа мягких туч тебе, дитя. Ну какие тучки? Нет. Уничтожено. Вырван с корнями. Утеряны все последующие нерожденные жизни. Россия продолжает убивать. В центре Европы. И ничего…” – написала на своей странице Zoya Kazanzhy, которая из блоггеров стала писательницей, и своим мучительным текстом увековечила эту запорожскую трагедию.
Об этом страшно думать. Но это нужно знать. Об этом нужно писать…
Инесса АТАМАНЧУК, фото автора.
Благодарность Валентине БОТНЕР за внимание к книге и надежде на ее перевод
