Накануне Года Тигра «МИГ» в очередной раз побывал в одном из самых удивительных и уникальных мест нашего региона – в Васильевском частном Центре реабилитации животных Александра Пылышенко. Хозяин которого является настоящим фанатом больших кошек.
Проведать его питомцев значит непременно получить заряд хорошего настроения.
А заодно можно поближе присмотреться к живому символу-2022.
Кроме того, в уходящем году в Украине вступили в силу сразу два знаковых документа, во многом радикально меняющих условия содержания братьев наших меньших и запрещающих их участие в различных шоу и цирковых выступлениях.
Поэтому очень хотелось услышать мнение профессионала об этих изменениях. Ведь одно дело утвердить чиновничьим указом «новые правила игры», в соответствии с требованиями ЕС, а другое – создать необходимые условия для их выполнения.
Катя, Самсон и компания…
С первого взгляда можно заметить, что Васильевский Центр реабилитации животных, который в будущем году отметит свое 20-летие, расширяется и достраивается. Причем значительно. Новые помещения и вольеры возводятся с противоположной стороны подъездной дороги и будут занимать огромную площадь. Правда, сейчас стройка приостановлена – средств не хватает. Ведь Центр никаких дотаций и субвенций не получает, а в условиях пандемии да еще зимой зарабатывать деньги становится все труднее, поскольку посетителей мало.
Что касается самих животных, то они в полном порядке – в меру «упитаны и воспитаны», в соответствии со своей видовой принадлежностью, статусом и возрастом.
Напомню, что родоначальником «домашнего зоопарка» семьи Пылышенко стала львица Катя, которая в 2002 году совсем еще крошечным котенком попала к ним на попечение. А через год на семейном совете было решено найти Кате пару. Так в доме появился 28-дневный львенок Самсон редчайшего Берберийского подвида, который теперь вырос в настоящего Царя зверей. В 2011 году был проведен уникальный эксперимент, в ходе которого под прицелом видеокамер Александр провел в клетке львицы Кати 36 суток и даже принял у нее роды.
Постепенно на подворье Пылышенко животных становилось все больше. Кто-то из них продолжал жить в доме, под одной крышей с хозяевами, другим построили специальные вольеры. Вот так и создавался этот необычный зоопарк, который впоследствии стал Центром реабилитации для хищников [официальное название]. Хотя тут практически никому не отказывают в помощи и принимают не только хищных зверей, но и других животных – от разного рода грызунов и приматов до обычных дворовых собак и пернатых. Многих приносят посетители. Однажды принесли ворона с подбитым крылом и пострадавшего голубя – на лечение. В другой раз отдыхающие обнаружили в своей палатке выдреныша и приютили его на время. А когда пришла пора уезжать, передали зверька Центру реабилитации.
Сегодня в Центре живут около двухсот животных. В том числе семь медведей, свыше тридцати крупных собак и более сорока больших кошек.
К сожалению, львицы Кати уже нет. А вот ее верный спутник Самсон жив, и, несмотря на солидный возраст, рык его по-прежнему грозен. Так он дает понять более молодым членам прайда, кто в их сообществе главный.
Тигры – индивидуалисты, рыси – защитники
По словам хозяина Центра, тигры среди других больших кошек отличаются своим индивидуализмом, но вместе с тем достаточной контактностью и по образу жизни стоят где-то между леопардами и львами. Леопарды – одни из самых диких кошек-одиночек. Львы, наоборот, живут в больших прайдах. А тигры не такие дикие, как леопарды, но и в отличие от львов ограничивают свой семейный круг практически, как люди: папа, мама и детеныш. Правда, папа-тигр согласен терпеть своих детей максимум до трехлетнего возраста.
Образцовая тигриная семья, живущая в Центре, – это тигр Рудгард, тигрица Окка и их четырехмесячный тигренок. В таком возрасте родители пока еще позволяют малышу практически все. Даже во время обеда тигренок пристает то к маме, то к папе, запрыгивает им на спину и ходит буквально кувырком. Но они не рычат, не возмущаются, и все проказы своего отпрыска сносят стоически.
А вот еще одна известная парочка – редчайший бенгальский белый тигр Рагнар и его подружка амурская тигрица Темза. Без малого четыре года назад, когда Рагнар только появился в Центре, он был совсем букой, при приближении людей шипел и показывал идеальные острые клыки. Но со временем адаптировался и стал более покладистым. Уже не шипит, но и панибратства не допускает. Даже на Темзу смотрит свысока, как бы давая понять – на что-то большее, чем приятельские отношения, ей пока не стоит рассчитывать.
– По характеру, – говорит Александр, – тигров можно сравнить с домашними котами, которые бывают двух типов. Одни – ласковые, сразу лезут на руки и могут спать едва не на голове у хозяина. Другие – более строптивые. Они живут рядом с человеком, даже выпрашивают на кухне что-нибудь вкусненькое. Но на руки не идут и ведут себя очень независимо. Так и тигры. Кто-то по нраву нежный, приветливый. А кто-то предпочитает соблюдать дистанцию и не позволяет, чтобы его гладили и тормошили.
Рысь – кошка «себе на уме». Нервно ходит по вольеру, демонстрируя всю свою грацию и гибкость. Эти животные неплохо приручаются, и в некоторых странах их нередко содержат в домашних условиях. Рысь любит членов своей «человеческой семьи», но чужаков не терпит, защищая хозяев и свою территорию, как сторожевой пес.
Четвероногая «мать Тереза» спешит на помощь
В отдельных вольерах центра содержат «отказников» – уже подросших тигрят и львят. Мамы отказались от них сразу после рождения, и роль родителей на себя взяли Александр и его жена Елена. Разместили новорожденных рядом с собой в спальне, кормили по часам из бутылочки, ухаживали, убаюкивали на руках. И только когда малыши стали чересчур прыткими и крупными, перевели их в вольеры.
К слову, одной из главных помощниц в воспитании «отказников» является местная собачонка Добби – такая маленькая, шустрая и очень добрая. Она выкормила своим молоком уже не одно поколение львят, тигрят и обычных домашних котят. И это, не считая собственных щенков. Такая вот четвероногая «мать Тереза».
Помимо беспородной Добби и других приблудившихся дворняжек, в Центре также есть целая группа охотничьих собак достаточно редких и крупных пород – в частности, ирландские волкодавы и русские псовые борзые. Первые являются одними из самых больших собак в мире, которые были выведены для охоты на крупную дичь типа волков и оленей. Однако по характеру они добрые и спокойные. Чего не скажешь о борзых. Их утонченная красота обманчива, за ней скрывается настоящий хладнокровный убийца, равнодушный ко всему, кроме травли жертвы.
Надо заметить, что точно сосчитать всех обитателей Центра не могут даже сами хозяева, поскольку постоянно кто-то «вливается в коллектив» –˜то уличные кошки, то заблукавшие птички. Причем несколько десятков животных живут не в вольерах, а в хозяйском доме. В их числе девять кошек породы Мейн-кун [привезла хозяйка питомника в связи с «изменившимися личными обстоятельствами»] и восемь обезьянок.
Впрочем, такое соседство владельцев Центра не смущает и не раздражает. Однако есть проблема, которая, по словам Александра, касается сегодня всех украинских зоопарков, зооуголков и реабилитационных центров для животных. А возникла она в результате бездумно принятых чиновниками некоторых правовых актов, которые могут поставить под угрозу жизни сотен крупных хищников.
Обратная сторона псевдогуманизма
Речь идет о принятых в конце прошлого года Министерством защиты окружающей среды и природных ресурсов изменений к Порядку содержания диких животных. Согласно им, площадь вольера для хищников средних размеров [типа рыси] должна быть не менее 100 квадратных метров на одну особь; для крупных [львы, тигры, медведи и т.д.] – 200. Для сравнения: предыдущая норма была 30 квадратных метров.
– Эти изменения принимались чиновниками-юристами, абсолютно далекими от украинских реалий, – отмечает Александр. – Они понятия не имеют о положении дел в наших зоопарках, а диких зверей видели разве что по телевизору. При разработке документа существующую ситуацию никто не изучал, с профессионалами [теми же зоологами, руководителями зоопарков] не советовался, возможные последствия не просчитывал. Были просто переписаны самые жесткие европейские нормы, и все. Причем даже переходный период не предусмотрен. Я помню, что изменения эти были утверждены приказом Минэкологии 10 декабря прошлого года, а уже 8 января нынешнего, через три недели, ко мне явились проверяющие и оштрафовали «за нарушение норм содержания животных». Это же абсурд, поскольку физически невозможно за столь короткий период, большая часть которого к тому же пришлась на праздничные дни, построить новые вольеры и расширить имеющиеся.
У меня сейчас около 70-ти крупных хищников. Общая площадь территории, к счастью, позволяет их всех разместить даже с учетом новых требований. Однако для этого нужны деньги и время. По проекту предусмотрено строительство еще четырех вольеров площадью по 600 и 1300 квадратных метров, беседки, смотровых площадок и др. Пока лишь возведено ограждение, начато строительство ветеринарной клиники и зимовников. Для окончания всех работ потребуется еще 12-17 млн грн. Сумма огромная. Я готов, пусть не сразу, но всех своих животных разместить. А вот других уже брать на реабилитацию вряд ли смогу.
В то же время буквально все зоопарки страны, которые строились по старым нормам, сейчас столкнулись с проблемой расширения площади вольеров. Но как и за какие деньги это сделать? Тем более, что дополнительной территории им никто не выделит. То есть априори придется избавляться от большей части крупных хищников. А плюс еще цирковые звери [ведь животных запретили использовать в цирке]. Их куда девать? Мне всего за одну неделю было несколько звонков с просьбой пристроить животных. Один раз звонили из Донецкой области и просили забрать львицу и тигрицу. Потом хотели отдать четырех львов и трех тигров. Также из Одесской области звонили и спрашивали, не могу ли я взять 13 тигров и львов. Нет, не могу! А ведь это только начало.
Государство, принимая новые нормы, не подготовило ни одного резервного места для таких животных и даже не предусмотрело средства для финансирования. То есть ответственности за свои действия – никакой, а вот карательные меры – по полной программе. Яркий пример. В начале 2019 года Минэкологии попросило меня принять на время карантина, то есть на 40 дней, трех львов и шестерых медведей, которые ненадлежащим образом содержись в Донецкой области. Но вместо 40 дней эти животные, которые являлись собственностью государства, пробыли у меня два года! Причем ни копейки мне не было выделено ни на их содержание, ни на перевозку. Зато за последние два года в моем Центре провели 47 проверок. Иногда в один день приезжали проверяющие сразу из трех структур.
Как будет дальше, не знаю. Не исключено, что крупных хищников, которых негде будет разместить, хозяева просто пустят «на шкуры». Вот такая обратная сторона гуманизма от чиновников, которые принимали новые нормы «исключительно из сострадания к животным».
Центр реабилитации животных в Васильевке работает с 9.00 до 16.00, без перерывов и выходных.
Стоимость входных билетов: детский (7-14 лет) – 100 грн, взрослый (14-69 лет) – 150 грн. Посетителям до семи лет и после семидесяти вход бесплатный.
Телефон для тех, кто пожелает оказать помощь Центру : +38-097-286-05-80.
Светлана ШКАРУПА
фото Сергея ТОМКО МИГ.
ДО переезда весной 2014 года в Васильевский реабилитационный центр для животных у медведя Колывана было другое имя и очень драматичная судьба. В Полтавской области его два с половиной года держали на притравочной станции, где приучали к охоте собак, натравливая их на беззащитного привязанного медведя. Затем косолапый попал на подворье к фермеру. В какой-то день 12-летняя девочка, оставшись без присмотра, стала кормить медведя печеньем с ладони. Когда угощение кончилось, мишка отхватил ей руку. Его зверски избили местные жители и уже собирались умертвить. Однако Александру Пылышенко, узнавшему о трагедии из СМИ, удалось спасти косолапого от неминуемой смерти и перевезти в свой Центр.
