В марте моя семья получила, мягко говоря, неприятную весть. Рашистский КАБ, который прилетел на соседний участок, повредил крышу нашего садового домика, выбил все окна и двери, завалил строительным мусором прилегающую территорию.
Фотодоказательства предоставили соседи. Чтобы собственными глазами увидеть разрушения, мы решились на рискованную поездку и впервые за последние три месяца побывали на родном дворе. С какими «приключениями» прошла наша вылазка — это отдельная история.
Сюрприз ждал нас в разбитом доме. Оказалось, что пострадал он не только от авиационного налета. Задолго до КАБа его испортили бойцы ВСУ, которые без предупреждения и разрешения поселились в нашем доме. Проживали там беззаботно по меньшей мере два месяца, пока не прилетело от агрессора. Вырванные с корнем входные двери, сбитые замки на всех хозяйственных помещениях, кучи мусора в комнатах и по всему участку, вывезенная в неизвестном направлении мебель… Вот что оставили после себя наши воины. А еще — граффити на стене подвала с номером своей воинской части. Будто хвастаясь перед хозяевами тем, какие они крутые вояки.
О подобных случаях я неоднократно слышал от других жителей поселка, где родился шесть десятилетий назад, и от многотысячной гвардии дачников — вокруг Малокатериновки расположены десятки садовых товариществ. Однако слушать, пусть и подробные, но все же рассказы — одно, совсем другое — когда сталкиваешься с реальной ситуацией.
Преодолев первые эмоции и приняв решение не оставлять неправомерные действия, как отметила в своем ответе ВСП «неустановленных лиц (по Вашему мнению — военнослужащих Вооруженных сил Украины)», без наказания, уже на следующий день я написал жалобу в Запорожский зональный отдел службы правопорядка с просьбой установить фамилии военнослужащих, которые там проживали. Рассчитывал на всестороннее и объективное расследование, поскольку планировал привлечь виновных к уголовной ответственности за нанесенный ущерб. И начал с нетерпением ждать ответа.
Все это время размышлял над тем, нужно ли привлекать внимание общества к этой противоречивой теме, переживал, стоит ли искать виновных, анализировал аргументы. Но когда наконец получил ответ от военных правоохранителей, понял: молчать нельзя. Ведь от уважаемой организации пришла банальная отписка. Это тем более возмутительно, если принять во внимание тот факт, что случай, который заставил меня написать жалобу, не единичный. Через подобное прошли едва ли не все жители Украины, которые были вынуждены оставить свое имущество на территориях активных боевых действий.
Горько сталкиваться с недостойным поведением некоторых из тех, кого мы искренне считаем нашими защитниками и с кем иногда делимся последним куском хлеба или копейкой. В далеком теперь 2022 году на импровизированном блокпосту мы с женой угощали мобилизованных земляков пирожками, черешней, сладостями. А через год, когда ребята из Тернопольской области искали приют в окрестных домах, позволили им занять дом моего деда. Ведь понимали: это не только в наших интересах. Этого требовала защита государства. Через несколько месяцев бойцов перебросили на другой участок фронта, и они уехали, но беспорядка после себя не оставили. Разве мог я себе представить, чем закончится следующий «визит» наших воинов в мирное жилье…
О произволе ТЦК уже написаны тысячи сообщений и постов, но почему-то общественность стыдливо молчит об имущественных преступлениях тех, кого наше уважаемое Министерство обороны уже одело в военную форму. И за кого несет полную ответственность. Честно скажу, меня искренне удивили слова сотрудника ВСП о том, что я едва ли не единственный житель поселка, кто обратился к ним с подобной жалобой. Возможно, так и есть. И теперь я понимаю, почему мои земляки не бьют тревогу. Но, уважаемые, если жалоба уже написана, всем четко известно название подразделения, то для того, чтобы по крайней мере сохранить лицо, военные следователи должны были бы докопаться до истины и найти наших «квартирантов». Вместо этого в своем ответе они заявили, цитирую: «…предоставленная Вами информация относительно вероятного пребывания (незаконного проживания) по указанному адресу «военнослужащих воинской части …» — не нашла своего подтверждения».
Да и как она могла найти подтверждение, если сотрудники ВСП даже не посетили дом. Причина — из-за «…значительного ухудшения ситуации с безопасностью невозможно посетить Малокатериновку». Странно, а почему они, будучи кадровыми военными — хотя и следователями по должности, — не могут побывать в зоне боевых действий? Это же не «ноль», а лишь окраина поселка, который последние 6–7 месяцев находится под обстрелами и дроновыми атаками россиян и в котором до сих пор живут несколько десятков местных жителей. Некоторые из них рискуют своей жизнью именно потому, что хотят уберечь хозяйство от мародеров.
На мой взгляд, уважаемым должностным лицам и ехать в поселок не нужно было. Конечно, я не могу сегодня обнародовать название воинской части и фамилию командира, который должен был бы контролировать действия своих подчиненных. Но они точно известны людям, которые проводили проверку и официально заявили, что не установили факта незаконного пребывания военнослужащих в дачном доме. Получается так, что командир подразделения не знал о месте дислокации своих подчиненных, а сослуживцы не доставляли им оборудование и припасы? Мой близкий родственник, который несет службу в похожих условиях, лишнего шага без ведома командования не делает, более того, утром и вечером докладывает о том, что происшествий не случилось.
Ситуация выглядит еще более странной, если принять во внимание статус организации, которой подчинялись военнослужащие известной мне воинской части. Поверьте на слово, в свое время ее бывший руководитель мог с легкостью сообщить место, где в данный момент находится любой российский военный преступник. А его сотрудники, оказывается, даже за рядовыми не уследили. Кто в такое поверит? Разве что сотрудник ВСП, который лично, во время телефонного разговора, пытался меня в этом убедить. Но, похоже, убедил только себя и свое руководство, которое без вопросов подписало ответ на мою жалобу.
Это не единичный случай. Подобные истории происходят в десятках усадеб и дворов — это подтвердят и мои земляки, и наш поселковый староста. Просто лишь единицы пытаются каким-то образом этому противостоять. Почему-то мне кажется, что подавляющее большинство пострадавших смирилось с мыслью, что не стоит этим заниматься. Общество будто дало молчаливое согласие на кражи и мародерство со стороны некоторых воинов ВСУ. Но если недостойное поведение мобилизованных еще хоть как-то поддается объяснению — там встречаются и маргиналы, и бывшие осужденные, — то бездействие и откровенный игнор со стороны офицерского состава возмущает.
К сожалению, можно констатировать, что помощи от ВСП, как и в моем случае, никто не дождется. Согласитесь, работать с бумагами, пусть и в прифронтовом, но городе, гораздо приятнее, чем наводить порядок в воинских подразделениях. Видимо, старая поговорка — война все спишет — сработает и на этот раз. Да я и сам понимаю. Где же найти государственного мужа, которого судьба моей маленькой дачи и стареньких диванов взволнует…
Геннадий Дерибас, уроженец поселка Малокатериновка, дачник с 20-летним стажем.
*Ясли — отгороженное в хлеву место, куда закладывают корм для скота, кормушка.
