Этот снимок, пребывающий в одном из российских музеев, я чуть было не пропустил. Знакомясь с содержанием очередной музейной папки, я, не задумываясь, машинально прочитал: «Шак Григорий Григорьевич с другом. Хельсинки, 1946 год». И уже перевернул страницу. Но тут до меня дошло: Шак Григорий Григорьевич – этой же мой отец, участник войны с немцами, тяжело раненный при высадке – 1 июля 1944 года, морского десанта на один из островов где-то в районе Карельского перешейка. Десант тогда был полностью разбит, мой отец стал единственным десантником, кто уцелел. И только потому, что он, будучи раненым в живот, поплыл в открытое море – навстречу катерам, которые должны были доставить боеприпасы участникам десанта. Однако, когда катера стали обстреливать с берега, на них поняли, что десант сброшен в море – или он вообще не добрался до берега, и катера развернулись и стали уходить на базу. Но случилось чудо: с одного из катеров моряк заметил в воде человека. И его спасли.
Этим спасенным и был мой отец.
Потом он долго пребывал в госпитале… и после войны почти ничего не рассказывал о своей военной службе. Фронтовики из моего детства были очень не разговорчивыми. Отец, правда, говорил иногда, что остался жив, благодаря глазастому моряку, разглядевшему его среди волн. И вот передо мной его фото из послевоенного заснеженного Хельсинки. Понятия не имею, как отец, уроженец небольшого села в Новгород-Северском районе Черниговской области, оказался в столице Финляндии. Пути фронтовые неисповедимы. У финнов, кстати, десант, в котором участвовал отец, и пытался отбить остров.
Ему на фото – не полных 23 года, если это начало 1946 года. Его друг – с офицерской портупеей, но звездочек на погонах не видно. Возможно, это старшина. А на отце – короткие, низко закатанные, армейские валенки, теплое галифе и армейская гимнастерка, туго перехваченная кожаным флотским ремнем. Почему я решил, что ремень флотский? Якорь на бляхе различим. Такой и я носил, когда служил в морской пехоте – когда, как и отец, был морским десантником. В мирное, слава Богу, время.
Спасибо, батько, за привет, помню тебя!
*
Сейчас уже ни у кого не спросишь, как отец оказался в Хельсинки. А на мой запрос в архив, где я хотел посмотреть его карточку моряка, коль он был морским десантником, получил ответ: она находится в архиве Военно-Морского флота в городе Гатчина, шкаф 138, ящик 17. Формально ответ исчерпывающий, но я в ту Гатчину вряд ли когда попаду…
