Девяносто лет назад родился Борис Мозолевский. Этот человек, нашедший самый известный в мире археологический клад на территории Украины, и сам по себе сокровище – как целостная личность с большим поэтическим талантом и провидческим даром.
Вот, как пишет о нем запорожский краевед, писательница Анна Черкасская:
Родился Борис Мозолевский 4 февраля 1936 г. в крестьянской семье на Николаевщине. Деды и прадеды были раскулачены. Во время войны отца забрали в Германию, где он и погиб. В сельской школе-семилетке Борис начал писать стихи. Поступил в военно-морское авиационное училище в Ейске, учился вместе с будущими космонавтами СССР Г. Шониным и Г. Добровольским. На русском языке писал стихи, по мишеням стрелял, преодолевал науку убивать… Училище не окончил из-за хрущевской демобилизации, связанной с радикальным сокращением советской армии (1956). После демобилизации переехал в Киев, где девять лет работал заводским кочегаром. Кочегар-поэт – дитя оттепели, «хрущевского реабилитанса» ставил все под сомнение:
Фридрих Энгельс! Какими тропами
Поднимались мы к безднам, срываясь вниз,
Чтоб однажды открылось, что был утопией
Марксом выстраданный коммунизм….
Одновременно он получал образование на заочном отделении историко-философского факультета Киевского университета. В это время Борис Мозолевский открыл в себе Украину, хотя знал цену «украинского» вопроса, но самоидентификация произошла – и до конца пишет на украинском.
Вы говорите, что я не патриот, Плазуете, бескрылые, как ужи.
Что предал язык я свой и песни? Еще и других, видите ли, ловите на слове!
Перевертни, мессии горестные, Уже лучше правду говорить на чужой,
Хотя бы уже заципило вам рот! Чем врать, как вы, на родном языке.
В 1964 году получил диплом, летом устроился на работу в экспедиции скифологов Алексея Тереножкина и Варвары Ильинской. Работал редактором в издательстве «Наукова думка», но «брежневский репрессанс» вернул Мозолевского в кочегарку (стаж кочегара десять лет)… И подружились двое кочегаров: Василий Стус и Борис Мозолевский. А дальше круг сузился, почувствовалось дыхание холодильника имени Берии:
Хватит ли сил не встать на колени,
Не упасть, не сломаться на ветрах?
В Киеве ли новую весну встречу,
Или, может, уже в Мордовских лагерях?
В этюде «Путь к себе» Борис Мозолевский пишет: «И когда удавка уже совсем должна была сойтись вокруг моей шеи, я понял, что спасти меня может только открытие мирового значения. Так вымечтал и выстрадал я себе свою Толстую Могилу. Дерзость моя была вознаграждена царской пекторалью. Вместо Мордви я попал в Институт археологии АН УССР, в который меня поспешили зачислить задним числом».
21 июня 1971 года, время – 14:30 – важнейшая дата в жизни Бориса Мозолевского. Во время археологических исследований Толстой Могилы сделана самая сенсационная находка ХХ века – богатое скифское захоронение, среди сокровищ которого была золотая скифская пектораль. Нагрудное украшение скифского царя IV в. до н.э. 30,6 см в диаметре, выполнена из золота 958 пробы, вес 1148 граммов. Ее стоимость высчитать невозможно. Крупнейшее открытие археологии ХХ века, «поэма золотого солнечного сияния», которому предшествовали 35 лет непростой жизни непоседливого упрямца-путешественника, поэта, искателя приключений «на свою… голову». Впечатляет смелость украинцев-упрямцев! Зная, что открытия такого уровня оседают в музеях метрополии, Борис Мозолевский, надев на шею изысканное украшение филигранной греческой работы, чудо «микроминиатюрной» ювелирной техники, 1150-граммовый кусок чистого золота, сверху – засаленную старую телогрейку, привез ее в Киев.
Фридрих Энгельс! Какими тропами
Поднимались мы к безднам, срываясь вниз,
Чтоб однажды открылось, что был утопией
Марксом выстраданный коммунизм….
Одновременно он получал образование на заочном отделении историко-философского факультета Киевского университета. В это время Борис Мозолевский открыл в себе Украину, хотя знал цену «украинского» вопроса, но самоидентификация произошла – и до конца пишет на украинском.
Вы говорите, что я не патриот, Плазуете, бескрылые, как ужи.
Что предал язык я свой и песни? Еще и других, видите ли, ловите на слове!
Перевертни, мессии горестные, Уже лучше правду говорить на чужой,
Хотя бы уже заципило вам рот! Чем врать, как вы, на родном языке.
В 1964 году получил диплом, летом устроился на работу в экспедиции скифологов Алексея Тереножкина и Варвары Ильинской. Работал редактором в издательстве «Наукова думка», но «брежневский репрессанс» вернул Мозолевского в кочегарку (стаж кочегара десять лет)… И подружились двое кочегаров: Василий Стус и Борис Мозолевский. А дальше круг сузился, почувствовалось дыхание холодильника имени Берии:
Хватит ли сил не встать на колени,
Не упасть, не сломаться на ветрах?
В Киеве ли новую весну встречу,
Или, может, уже в Мордовских лагерях?
В этюде «Путь к себе» Борис Мозолевский пишет: «И когда удавка уже совсем должна была сойтись вокруг моей шеи, я понял, что спасти меня может только открытие мирового значения. Так вымечтал и выстрадал я себе свою Толстую Могилу. Дерзость моя была вознаграждена царской пекторалью. Вместо Мордви я попал в Институт археологии АН УССР, в который меня поспешили зачислить задним числом».
21 июня 1971 года, время – 14:30 – важнейшая дата в жизни Бориса Мозолевского. Во время археологических исследований Толстой Могилы сделана самая сенсационная находка ХХ века – богатое скифское захоронение, среди сокровищ которого была золотая скифская пектораль. Нагрудное украшение скифского царя IV в. до н.э. 30,6 см в диаметре, выполнена из золота 958 пробы, вес 1148 граммов. Ее стоимость высчитать невозможно. Крупнейшее открытие археологии ХХ века, «поэма золотого солнечного сияния», которому предшествовали 35 лет непростой жизни непоседливого упрямца-путешественника, поэта, искателя приключений «на свою… голову». Впечатляет смелость украинцев-упрямцев! Зная, что открытия такого уровня оседают в музеях метрополии, Борис Мозолевский, надев на шею изысканное украшение филигранной греческой работы, чудо «микроминиатюрной» ювелирной техники, 1150-граммовый кусок чистого золота, сверху – засаленную старую телогрейку, привез ее в Киев.
По воспоминаниям археолога, лично знавшего Мозолевского, Сергея Скорого, так писал его вчитель, основатель украинской школы археологии раннего железного века, профессор Алексей Иванович Тереножкин: „В пекторали, как солнце в капле росы, отразился весь блеск, все сияние скифского золота”.
Лишь одной этой находки хватило бы для славы археолога любого ранга, однако исследовательские достижения Бориса Мозолевского на этом не завершились. Дальше были блестящие открытия в Хоминой, Бабиной, Водяной, Желтокаменной, Соболевой Могилах и многих других курганах. Б. Мозолевский хорошо осознавал свои достижения в области изучения курганов скифской аристократии, что и засвидетельствовал соответствующим образом в одной из своих работ: «Мне повезло, так или иначе, быть причастным к большинству выдающихся открытий в области скифоведения, сделанных в XX веке».
А сколько было раскопано, изучено и введено в научный оборот так называемых рядовых памятников Степной Скифии! Все эти материалы вполне справедливо принадлежат к золотому фонду отечественного скифоведения.
К тому же, не следует забывать о научно безупречной публикации Б. Мозолевским древностей Мелитопольского «царского» кургана (1988), раскопанного О. И. Тереножкиным еще в 1954 г. (работу над этой монографией Борис Николаевич рассматривал как духовное завещание своего Учителя).
Подтверждением гармоничного сочетания в одном лице ученого и поэта стало издание замечательной научно-популярной книги «Скифская степь» (1983), позже (2005) переизданной в современном полиграфическом оформлении.
В последние годы жизни Борис Николаевич, работая над докторской диссертацией на тему «Этническая география Скифии», создал ряд обобщающих статей, содержащих достаточно оригинальные предположения, в частности относительно социально-политических отношений в Скифии, причин упадка этого древнейшего государственного объединения на наших землях. Чрезвычайно важно, что рукопись диссертации Б. Мозолевского была издана в виде монографии «Этническая география Скифии» (2005), а затем – переиздана (2013), что свидетельствует о широком интересе научных кругов даже к незавершенной работе выдающегося украинского ученого-археолога. Мне выпало счастье быть редактором этой рукописи.
В начале 1990-х гг. Борис Мозолевский написал несколько публицистических работ, в которых с историко-философских позиций попытался выяснить сущность общественно-политических процессов, происходящих в Украине, экстраполируя свои знания о скифском обществе на болезненные проблемы современности. Квинтэссенцию этих размышлений ученый опубликовал в статье «Знак Скифии», которая вошла и во второе издание «Скифской степи». По мнению выдающейся украинской поэтессы Лины Костенко, которая в октябре 2005 г. произнесла речь во время презентации этой книги, данная статья заслуживает широкого признания украинской общественности, как и сам Борис Мозолевский – неординарное явление украинской культуры.
Светлое имя Бориса Мозолевского увековечено в названиях улиц в восьми городах Украины (Вознесенск, Днепр, Киев, Краматорск, Кривой Рог, Николаев, Никополь, Херсон), некоторых парков и т.д.
Несколько замечательных стихотворений Поэта Бориса Мозолевского. Пронзительных, чистых и честных, полных не только лиризма, но и трагического осознания краткости человеческого бытия…
ГЕРРЫ
Гробницы [скифских] царей находятся в Геррах, к которым Бористен еще был судоходным
(Геродот, IV, 71)
Жизнь и смерти испив щедрый бокал,
Все лета спалив на огне,
Я, скифский царь, лежу в днепровских Геррах,
И стучат столетия по мне.
Когда-то эту реку звали Бористеном,
А Скифией – все эти края.
Как пахли по степям тогда невыносимо
Кочевками осенние кураи…
