Когда я шла на премьеру в театр VIE на Хортице, думала о совпадениях…
И когда представилась возможность поговорить с исполнительницей, которая создала пластический образ моноспектакля «Дом там, где завод» [это название также имеет ассоциативный ряд, об этом мы тоже поговорили], я рассказала Алине Остапец эту историю.
Разница составляет всего две буквы.
Более 15 лет я исследовала историю семьи по фамилии Остапец – по просьбе женщины, которую зовут Анна Остапец.
Эта история связана с Запорожьем – с тем селом, на месте которого был построен город.
Это было казацкое село Вознесенка, и там жили Остапцы.
В освободительной борьбе 1917-1920 годов участвовал отец Анны – Андрей Остапец.
В 1920 году он покинул Вознесенку, потому что понимал – здесь ему не выжить. Пришли красные, а он воевал в добровольческом отряде за независимую Украину, – то, что ему здесь не уцелеть, уже тогда было понятно.
Вдали от дома он прожил долгую жизнь. Год или полтора это была Турция, где держались и искали направления своей судьбы сотни тысяч людей, бежавших от нового советского строя, потом – Болгария. А в конце 1920-х Андрей Остапец оказался во Франции. Нашел жену – украинку из-под Станислава, так тогда назывался Ивано-Франковск. По окончании Второй Мировой войны родилась единственная дочь, Анна Остапец.
И именно она попросила меня найти родных в Запорожье – городе, который соответствует названию «там, где завод». Здесь, как она знала, жили братья и сестры отца, рожденные, как и он, в Вознесеновке, еще до Первой мировой войны. Мне помогли историки – Валерий Стойчев и – светлая ему память, Игорь Павелко. И хотя на то время, когда я начинала поиск, в 2010-е годы, только в телефонной книге, а тогда еще были телефоны стационарные, было почти 400 Остапцов,.. я эту семью нашла.
Анна приехала и смогла увидеть и обнять своих двоюродных сестер, племянников, внуков…
Живет Анна во Франции, разговаривает только на украинском и французском… Любимого мужа имела, тоже украинца. Рожденный в Харькове, вывезенный немцами в Германию, Анатолий Павленко был ярким танцором, впоследствии – основатель собственной школы и автор театральных постановок в немецком Саарбрюкене. Его знал Серж Лифарь и предлагал коллеге работать в Париже…
Не слишком ли много совпадений?
Анна Остапец – Алина Остапец. Изысканная хореография. И – «Дом, там, где завод»…
Рассказав это удивленной молодой танцовщице, я уже ее спросила о том, какова ее история: как сложился спектакль, откуда – название, и почему именно танец.
– Вы танцевали с детства?
– Да. Да, с первого класса школы. Я родилась в Донецке. Мои родители – спортсмены. В пять лет мама отдала меня на художественную гимнастику, но она мне ужасно не понравилась. Я прозанималась год… И мама сказала: если хочешь бросить, выбирай что-то другое. Так появились танцы. Сначала я занималась бальными танцами, потом в вокально-хореографическом кружке. Все это сочеталось, мы выступали на всех концертах школы… А вот профессионально я занималась танцами в старших классах школы. Потому что уже поняла, что точно хочу поступать в вуз на хореографию…
– Хорошо, что мама проявила понимание и не стала настаивать на продолжении семейной традиции, и вы стали танцовщицей. Имеем теперь возможность видеть спектакли и искать понимание в языке движений и заложенных смыслов. Хочу расспросить.
Имею ощущение от первой части как попытку найти равновесие в ситуации, которую дала вашему поколению – как реальность, которую не обойти – война…
Искала в вашей интерпретации ЗАВОД как таковой. Эта объектность есть и в нашем, и в вашем прошлом городе. Также имею заводской опыт. Поймала его во фрагменте работы на большом красном куске материи, в механистичности движений…
Игра руками и создание фигурок из проволоки – трансформация металла? То есть продукции завода как таковой… Или сугубо проявление женского отношения к жизни?
Отсутствие эмоциональной составляющей – ровное выражение лица – это равновесие? или что-то другое?
– Спасибо за ваши мысли! Невероятно приятно, что такие наполненные ощущения вызывает наш спектакль!
Что касается названия «Дом там, где завод»… это название уже очень долго со мной. В начале прошлого года я была в Чехии. Оттуда записывала видеосообщение своей подруге о том, какая красивая Прага. Насколько она сказочна по архитектуре. Насколько там увлекательно путешествовать. Однако я тогда сказала подруге правду: мне очень красиво, но я бы там не жила. Для меня дом – там, где завод…
Прага сказочна, но там я не чувствовала себя дома – так, как я чувствую себя в Украине. И особенно сейчас, в Запорожье. Намного сильнее, чем даже в Киеве. И мне потом подруга подарила футболку с этой фразой – «Дом там, где завод». И еще задолго до переезда в Запорожье она была со мной этот год. И потом уже, когда я приезжала сюда в Запорожье, я действительно почувствовала себя немного ближе к родному городу.
Наши города похожи в индустриальных настроениях. В построении города. Мне очень здесь тепло из-за этого.
– Я так поняла, укоренение произошло.
– Да. И название создалось раньше, чем сам спектакль. Но в самом спектакле завод также есть. Просто он выступает аналогией моей внутренней структуры. Я беру завод как мою систему функционирования. Как то, на чем я держусь.
Например, вместо труб завода или каких-то систем, механизмов, в моем «заводе» есть такие столбы, как я их называю, на которых держится моя личность. За счет которых я продолжаю функционировать, жить в постоянном процессе производства – как будто меня, моей жизни. И могу оставаться собой, несмотря на все внешние обстоятельства. Потому что есть внутренняя структура, мой завод – моя внутренняя опора.
– Это заводам комплимент. Запорожье также долгое время было структурировано именно заводами… такой себе линейкой труб, вдоль которых пролегает трамвайная колея. Это долго было смыслом жизни сотен тысяч людей. Понимание этого города пришло постепенно – и через историю. А через спектакль я почувствовала философию вашего, очень молодого поколения. У меня есть ощущение некоторой безэмоциональности, или очень сильно скрытой эмоциональности. Это уже почти личный вопрос. Потому что мне казалось, когда вы улыбнетесь, просто будет другой формат выражения смыслов в спектакле. Мне не хватало какой-то эмоции, но почему-то она была скрыта.
– На самом деле я не скрывала никаких эмоций. И безэмоциональной также не было цели. Цель была – быть настоящей, быть собой. И реагировать на те события, которые происходили в моем спектакле. Возможно, не было причины для каких-то сильных эмоций. Но все, которые были – были искренними.
В целом, я очень спокойный человек сама по себе.
На самом деле, это то, о чем мы хотели сделать спектакль. Мы хотели этот покой передать зрителю, чтобы он сохранил его и забрал с собой после спектакля.
– Да, было ощутимо сбалансирование. Знаете, такое же – сквозь глубокий реализм – я испытала после спектакля «Лифт», который делал Виктор Попов в театре VIE. После спектакля появилось ощущение принятия реальности. Так что если он на вас будет что-то ставить, не бойтесь.
– Да я же танцовщица.
– И я на самом деле инженер-математик, приехавшая в город, “там, где завод”. И люблю общаться, и в разговоре часто сама как будто даю интервью.
– На самом деле, так работает современный танец – в диалоге.
– Так оно и есть. Если слово не скажешь, то и ответа не услышишь. Мне очень понравилась пластика спектакля, то, как вы владеете телом. От вас исходит внутренняя сила и мощь. Мне это напомнило времена Айседоры Дункан… И я вас погрузила в ту эпоху, на столетие назад, где ваша фамилия имеет такое совпадение.
Моноспектакль «Дом там, где завод» можно увидеть 14 и 15 марта в 17.00 в театре-лаборатории VIE.
Для военных, ветеранов и УБД вход свободный (бронирование по номеру (095)776-54-32 (Viber, Telegram, WhatsApp).
Инесса АТАМАНЧУК, фото из архива автора и предоставлено театром VIE
