Глава громады, пережившая российский плен, нашла силы работать ради победы
Мы встречаемся с начальницей Молочанской городской военной администрации Ириной Липкой в офисе в центре Запорожья.Это уже третья за время войны локация, где работает руководство Молочанской громады; по разным причинам приходилось переезжать – где-то было неудобное место, где-то произошел «прилет»…Это не просто «горсовет» релоцированной громады, это пространство «Джерело Єдності», где могут встретиться земляки, а люди почтенного возраста занимаются спортом, творчеством, учатся новому и просто интересно проводят время.Это место, где помогают людям решать разные проблемы и оказывают гуманитарную помощь.
– А главное, что мы не в оккупации, на свободной земле, – говорит Ирина Владимировна, которая пережила российский плен, смогла вырваться на подконтрольную Украине землю и в Запорожье вместе с командой организовать эффективную работу релоцированной Молочанской громады.
Ирина Липка возглавляла Долинский сельский совет.
Стала мэром Молочанска 16 декабря 2020 года.
С 1 мая 2022 года возглавила Молочанскую городскую военную администрацию.
Ей очень тяжело вспоминать события весны 2022 года, однако ее свидетельства и правду об «освобождении», которое несет «русский мир», должна слышать Украина и весь мир.
С первых дней войны и оккупации громада осталась наедине со своими проблемами
Территория Молочанской громады была оккупирована очень быстро – уже 26 февраля 2022 года армия россии захватила Молочанск и окрестные села.Оккупантов было очень много – бесконечные колонны военной техники двигались по дорогам круглосуточно в направлении Токмака, Васильевки, Орехова, – там начались бои.Часть этой техники осталась в городе.По словам Ирины Владимировны, россияне знали, где прятать свою артиллерию и машины, хорошо ориентировались на местности.Наверное, их заранее проинформировали местные коллаборанты, которые с приходом вражеской армии начали открыто сотрудничать с россиянами.С первых дней войны и оккупации громада осталась без поддержки, наедине со своими проблемами.Никаких указаний, как действовать местным властям в условиях оккупации от районного или областного руководства не поступало. Все силовые структуры выехали.В громаде начали исчезать продукты, возникли трудности с подвозом товаров.Где-то неделю вообще не было хлеба, потому что не было дрожжей, чтобы его выпекать.Не хватало также и медикаментов.Городские власти, украинские, работали, чтобы обеспечить жителей громады элементарным – едой.– Наши фермеры давали зерно, подсолнечник. В Молочанске есть цех по переработке подсолнечника в масло.В психбольнице нашли крупорушку, на которой перебивали зерно на крупу, а в Токмаке на хлебозаводе мололи зерно на муку, делали макароны.Эти продукты раздавали людям , – вспоминает Ирина.
С мешком на голове отвезли в полицию-тюрьму оккупированного Токмака
Местных жителей оккупанты сначала не трогали.Аресты и похищения людей начались через три недели после оккупации, когда в городе появились представители фсб и росгвардии.Пришли и за Ириной Владимировной – 31 марта, в шесть утра.Дом окружили силовики, пятеро с автоматами вошли внутрь дома и начали обыск. Спрашивали, есть ли оружие; где находятся местные военные и полицейские.Забрали все бумаги, рабочие папки.Ирину вывели на улицу, где надели на голову черный мешок и повезли куда-то машиной.Мешок сняли только в здании Токмакского отделения полиции, которое превратили в застенки.Туда же привезли ее заместителей и водителя горисполкома (впоследствии начавшего сотрудничать с оккупантами), также с мешками на голове.В конце концов их отпустили, потому что оккупационная «власть» не очень беспокоилась о проблемах местных жителей, а кто-то должен был обеспечивать жизнедеятельность громады.А Ирину Липку оставили в плену на долгие 24 дня.
Держали в одиночной камере, без вентиляции и отопления
Вспоминать о том времени ей очень тяжело.россияне делали все, чтобы женщина перешла на их сторону.– Они хотели, чтобы я лично раздавала их гуманитарную помощь и записала видеообращение к жителям громады с агитацией россии. Я сразу сказала «Нет», – говорит Ирина Липка.И если сначала они вроде бы нормально общались, обращались на «вы», то после отказа сотрудничать резко изменили тон.Оккупанты заявили, что она «истинная бандеровка» , потому что «родилась во Львовской области».В камере, где ее держали, не было вентиляции, стояла вонь и не было воды:
– В камере были нары, на них лежали матрац и подушка, все это черного цвета. Больше ничего не было.
Было холодно, отопления не было, камера расположена в земле, только окна на улице узкие, очень мерзли ноги, я не могла засыпать. У меня было пальто, в котором я пришла, им и накрывалось.
Как вспоминает Ирина Владимировна, ее допрашивали молодые фсбшники, лет по 30, вечером, когда уже было темно. Практически не давали спать.Угрожали вывезти в рф и посадить за решетку на 15 лет «за ненависть к россии». Запугивали, шантажировали детьми, «которых будут пытать у нее на глазах».А вечером и ночью в соседних камерах пытали мужчин. Тюремщики специально открывали окошко в ее дверях, чтобы ей было лучше слышать крики и стоны.Это буквально сводило с ума.Уже на свободе один из бывших узников рассказал, что россияне его избивали, пытали током и загоняли ему иголки под ногти.Страх, холод, круглосуточно включенный свет, отсутствие информации, допросы, переживания за детей – все это сказалось на здоровье: в камере у женщины дважды произошел гипертонический криз, сильно упало зрение.Чтобы держаться и не сойти с ума, Ирина впервые в жизни начала писать стихи – о будущем, которое наступит после победы.
Дорога в Запорожье была тяжелой и длительной
По словам Липки, ее спасла ротация российских военных. Новоприбывшие заставили написать заявление о сложении полномочий. И отпустили под расписку, что она «не будет вести агитацию против россии » и «будет сообщать о лицах, которые будут такую агитацию вести» .Не прошло и двух недель, как среди местных коллаборантов поползли слухи о том, что главу громады отпустили «временно», а подразделения «народной милиции», созданные из коллаборантов, уже составляют списки «предателей россии».– Я поняла, что второе заключение не перенесу, собрала самые важные документы и вещи и, договорившись с коллегами, которые имели машину (собственную у меня забрали при задержании) 6 мая выехала в Токмак на квартиру сына.На следующий же день город был ошеломлен известием об убийстве россиянами городского головы Токмака Игоря Котелевского. Говорили, что его нашли мертвым с двумя огнестрельными ранениями.Когда я узнала о его смерти, у меня началась страшная паника, я не представляла, как буду проезжать российские блокпосты, – вспоминает Ирина Липка.Перевозчики наотрез отказывались везти Ирину, но один из них в конце концов согласился помочь.Дорога в Запорожье была тяжелой и длительной.Спасло то, что списков проукраински настроенных местных жителей на блокпостах еще не было.Так Ирина Липка оказалась в Запорожье.Впоследствии к ней присоединился ее заместитель, вывезший печати и токены. Позже приехали и другие сотрудники городского совета.Выехать из оккупации пришлось также всем родным, которых тоже преследовали россияне, а младшего сына пытались склонить к сотрудничеству.
Помогают армии и готовятся к восстановлению после оккупации
Сейчас Ирина Липка вместе с командой работает в Запорожье: развивают громаду, заботятся о земляках, ищут партнеров в других регионах Украины (на сегодняшний день есть две таких громады из проекта «Пліч-о-Пліч: Згуртовані громади»), строят планы на будущее. 
По словам Ирины Владимировны, в Запорожье сейчас проживают чуть более тысячи (официально зарегистрированных) переселенцев из громады. Эта цифра меняется: кто-то выезжает во время усиления обстрелов города и возвращается, когда ситуация стабилизируется.Помогают землякам, чем могут, но приоритет в работе Молочанской ГВА – помощь ВСУ.Громада в областной оборонный фонд перечислила 17,3 млн гривен, что составляет 35 процентов от общего ресурса громады.Кроме этого, 4,6 млн гривен направлено на местную Программу «Поддержки военнослужащих, работников сил безопасности и обороны Украины».
Однако постоянно, где только возможно, ищут средства и возможности для поддержки переселенцев из Молочанской громады.
Пытаются побольше детей отправить на отдых и оздоровить.
Вместе с Запорожской областной организацией Общества Красного Креста Украины в феврале открыли Клуб активного долголетия.
Создали комфортную и дружескую среду, где пожилые люди могут заниматься спортом, творчеством, учиться новому и просто интересно проводить время.
В программе клуба – оздоровительные занятия, творческие мастер-классы, лекции, встречи с интересными людьми и многое другое.
Отдельное направление – наработка проектов, которые нужно будет воплощать сразу после освобождения родной, ныне оккупированной громады.
– Мы должны сплотиться и готовиться к восстановлению после оккупации, чтобы сделать лучше, чем было. Победа обязательно будет! – убеждена Ирина Липка.
О жизни оккупированной громады и коллаборантах
В военной администрации также собирают информацию о происходящем на временно оккупированных территориях.Всего до полномасштабной войны в Молочанске и 22 селах громады проживало 12 тысяч жителей; в оккупации ныне остается по разным причинам около 6300.По словам Ирины Липки, местных жителей оккупанты постоянно держат в страхе.Без российского паспорта доступ практически ко всем услугам закрыт.Новая «власть» следит, чтобы все дети ходили в пророссийские школы.Медицинские услуги получить трудно – когда возникает серьезная болезнь, местные едут лечиться в Мелитополь, Крым, россию.Россиян наехало многое. Они привезли свои семьи, живут в домах и квартирах украинцев.– В моем доме они тоже живут. Я теперь вообще не представляю, как я когда-нибудь возьмусь за дверную ручку жилья, которое они осквернили своим пребыванием. Я не смогу там больше жить, – говорит женщина.При этом оккупанты говорят, что если им вдруг придется отступать, они все уничтожат, камня на камне не оставят.А разрушения в громаде после начала войны итак существенные: повреждены жилье, дороги, исторические здания, которые возводили еще в 19 веке немцы-меннониты. Украдено имущество жителей и громады.
Среди местных есть те, кто работает на россию – во властных структурах, полиции, школах; предприниматели и фермеры.– Единицы из наших фермеров оставили все свое имущество и всю сельскохозяйственную технику и выехали на неоккупированную территорию, – рассказывает Ирина. – Большинство осталось. Теперь они платят налоги в российский бюджет и на эти деньги финансируются убийства наших детей.По мнению Ирины, нужно как можно быстрее законодательно урегулировать ответственность предпринимателей, оставшихся работать на оккупированной территории. Все прислужники окупантов должны быть наказаны!Для этого Молочанская военная администрация тщательно ведет списки местных коллаборантов, среди которых уже нсть осужденные за государственную измену.– Мы также подрываем доверие россиян к коллаборантам, размещая на наших информационных ресурсах их фото в вышиванках и публикуя их речи, в которых они славили Украину, – говорит Ирина Липка. – Пусть оеекпанты видят, кого взяли на службу. Такой труд для меня – момент истины.Фото – автора, личный архив Ирины Липки, Молочанская громада
Здійснено за підтримки Асоціації “Незалежні регіональні видавці України” та Amediastiftelsen в рамках реалізації проєкту Хаб підтримки регіональних медіа. Погляди авторів не обов’язково збігаються з офіційною позицією партнерів.
