Наверное, все знают, за какой снимок украинского фотомастера Евгения Халдея стали называть «фотографом Победы». Сделан он был 2 мая 1945 года в поверженном Берлине и называется так: «Знамя победы над Рейхстагом». Это, пожалуй, самый известный постановочный кадр Второй мировой войны. И очень впечатляющий. Затянутый дымом, разрушенный Берлин, а на крыше Рейхстага – боец, устанавливающий знамя. Он наклонился вперед, почти навис над улицей, и поэтому еще один боец придерживает его. При этом видно, что у второго бойца на обеих руках – часы. У знамени победы, то есть, оказался мародер. Причем он был… почти запорожцем: его 82-я гвардейская дивизия отличилась при взятии Запорожья и стала именоваться Запорожской, а сам боец был ранен в боях за город. У меня об этом материал есть, который так и называется: «Мародер у знамени Победы на Рейхстаге оказался… почти запорожцем».
В 1946 году Евгений Халдей снимал заседания Нюрнбергского трибунала, на котором в качестве документов, обличающих германский нацизм в совершении военных преступлений, а также преступлений против мира и человечности, были предъявлены три его фотографии – разрушенный Севастополь, сожженный после налета немецкой авиации Мурманск и растерзанные жертвы во дворе ростовской тюрьмы. В том же 46-м фотограф Победы побывал и в Запорожье. Шесть сделанных им в городе за днепровскими порогами снимков с общим названием «Восстановление Днепрогэса» пребывают в архиве Московского дома фотографии, где они и попали мне на глаза. Пять из них – это репортажная съемка, а шестой – коллективный портрет бригады бетонщиц, которой руководила Полина Шило [в Запорожье в честь нее названа улица в Шевченковском районе]. Как спустя время вспоминала сама бригадир, на восстановлении Днепрогэса «мы получали в день по килограмму хлеба. Это было больше, чем получали, скажем, подсобные рабочие, но работа у нас очень тяжелая была. А еще карточки нам выдавали, которые мы отоваривали сухим пайком. Ни сахара, ни мяса, конечно, не было. На работу также привозили какую-то горячую баланду. Вот и все питание. Зарплату получали копейки. И купить на них ничего не могли. В магазине ничего не было, а на рынке – дорого». На снимке же Евгения Халдея бетонщицы Полины – и она сама, получились очень жизнерадостными. Еще три карточки из серии «Восстановление Днепрогэса», которые, как и другие, я слегка осовременил, можно назвать так: «Днепрогэс во льду». Это почти фантастическое зрелище.
*
Евгений Халдей родился 23 марта 1917 года в Юзовке [ныне это украинский город Донецк, временно пребывающий под рашистской оккупацией]. Его настоящее имя – Ефим. Родители, Ананий и Анна, владели бакалейной лавкой. 13 марта 1918 года годовалый Евгений был ранен пулей во время еврейского погрома. Мать при этом погибла, спасая жизнь сына. Отец, выживший во время погрома, был убит немецкими оккупантами в 1941 году. В детстве Евгения воспитывала бабушка. В 13 лет он смастерил самодельный фотоаппарат из двух картонных коробок и линзы от бабушкиных очков. С его помощью сделал свой первый снимок, запечатлев на стеклянную пластинку Спасо-Преображенский собор [был взорван большевиками в 1931 году]. В октябре 1936 года Евгения зачислили штатным корреспондентом в фотохронику ТАСС, откуда он был уволен в октябре 1948 года по формальному поводу – «в связи с уменьшением объема работы редакции». Фактической же причиной увольнения стала «неправильная национальность» – еврей. И в продолжение 11 лет один из лучших фотографов СССР, фотограф Победы, перебивался случайными заработками, работая даже в кружках художественной самодеятельности. Кстати, перед увольнением ему припомнили снимок бойца с двумя часами на крыше Рейхстага, обвинив фотомастера… в попытке дискредитировать воинов-победителей: специально, мол, нашел мародера… Официальную работу – в газете «Правда», Евгений Ананьевич получил только в 1959 году благодаря содействию поэта Константина Симонова. На пенсию мастер ушел в 1976 году из газеты «Советская культура». Умер 6 октября 1997 года, похоронен в Москве на Кунцевском кладбище.
***
Знамя Победы над Рейхстагом, 2 мая 1945
На скамье подсудимых: Нюрнбергский процесс, 1946
Евгений Халдей возле Рейхстага, май 1945
