Как сдeлать, чтoбы cны к тебе приходили на poднoм укpaинскoм языке

“В прифронтовом городе это не очень просто, но точно возможно”, – сказала, комментируя проведение нынешнего «Читай форума» директор Запорожского департамента культуры и туризма Екатерина Прокофьева.

И Запорожье в последние выходные лета поддержало свою роль в художественном пространстве нашей страны. Одновременно литературные события происходили в Харькове (некоторые гости форума успели и туда попасть), а во Львове была представлена симфония Ивана Остаповича…

Большой круг поклонников имеет в нашем городе Тамара Гориха-Зерня – украинская писательница, волонтёр и лауреат Национальной премии Украины имени Тараса Шевченко 2022 года.

Любовь к ней началась с презентации на одной из Книжных толок в Запорожье её первого произведения в 2019-м. Дебютный роман «Доця» – о событиях на востоке Украины в 2014 году, отмеченный как книга года BBC и Шевченковской премией. Сейчас автор имеет продолжение литературной деятельности, романы «Принцип вмешательства» и «Шептуха» также были представлены на столиках издательства «Белка». Но те, у кого ещё нет, хотели прочитать именно «Доцю» и получить автограф автора.

Госпожа Тамара рассказала, как в её жизни появилось писательство: “потому что реальность и вымысел абсолютно смешивались в моей голове”.

А поняв себя, она села писать осознанно: “Каждый день я садилась и писала эту книгу, доводя её от начала до конца. Только потому, что я считала, что это нужно сделать. А не потому, что у меня вдруг возникла амбиция писательницы.

Я понятия не имела, что писатели такие публичные люди, что они так много ездят, постоянно общаются, что… Я этого всего не знала. Это для меня стало сюрпризом уже потом после издания книги.

А до того я была уверена, что моя работа закончится на том, что я отдам рукопись в издательство и скажу, что я это дело сделала.

А в процессе выяснилось, что мне нравится писать, что мне нравится часть тех историй, которые до сих пор в моей голове появляются и развлекают меня, мне нравится эти истории излагать на бумагу и потом смотреть, как их читают другие люди и обсуждать”.

С улыбкой напомнила диалог с Ириной Белоцерковской (именно в её издательстве «Белка» выходят её книги): “Ир, у меня такое подозрение, что все люди перед сном из своей головы вынимают выдуманные фильмы, а потом ночью их смотрят”. – “Не все люди так делают” – “Вот те на, а, может, и все”.

Об историях на грани воображения и реальности

“Тамара Гориха-Зерня как магнит – притягивает на свою орбиту простыми интересными рассказами. И влюбляет)) Смелая, трудолюбивая, энергичная, человечная. И безгранично талантливая”, – написала Людмила Волох после встречи с писательницей.

И сама госпожа Тамара растрогана: “Какая сегодня тёплая встреча была в Запорожье. Как людям хочется выговориться, как важно быть услышанными и проговорить то, что на душе. Сколько света, видели бы вы, сколько света… У меня столько подарков с собой, столько всего, сделанного собственными руками женщин, столько сладостей…

И это ощущение, когда по периметру зала стоят палатки, посередине сцена и стулья для зрителей. Как всегда на таких открытых площадках кто-то слушает спикера, а остальные занимаются своими делами, покупают книги, никто никому не мешает.

А потом голоса по периметру затихают, и вот через какое-то время слушают все, даже продавцы.

Потому что люди задавали очень важные вопросы, на которые я отвечала по мере своего понимания”.

– Чего не хватает нашей современной украинской литературе, каких книг и тем?

– Ничего не хватает, у нас живой, бурный литературный процесс, мы все молодцы и пример для других стран. Единственное, можем только надеяться, что люди на войне, которые сейчас не имеют времени писать, смогут это сделать позже. Они в буквальном смысле защищают своего читателя. А мы, со своей стороны, держим для них место и формируем рынок и спрос, чтобы им было к кому вернуться.

– Как привлечь современных детей к чтению?

– Заставить? Никак. Вы видели наших детей? Их невозможно ни к чему принудить. Только писать и издавать как можно больше интересных книг.

– Есть такое впечатление, что многие украинские писатели, языковеды, авторы в этот критический момент воюют, находятся на фронте. А мы даже во времена относительной свободы ленимся читать, часто игнорируем наличие своих писателей.

– У меня сложилось впечатление, что нам не хватает украинских романов о нашей современной войне. Нам не хватает романов о войне вообще.

Каждая история бесценна. Вот, например, Был в моей жизни парень, который сидел со мной за одной партой и с которым мы очень дружили. Это Максим Буткевич, правозащитник, военный, бывший пленник российских правоохранительных органов, который сейчас помогает освобождать наших людей из плена.

Относительно отказа в 1990-е от своевременной украинизации образования

– То, что в независимой Украине не было обеспечено полностью украиноязычное образование от начальной школы до вуза, считаю абсолютно сознательным преступлением и диверсией, которую по последствиям и влиянию на нашу реальность можно сравнить с тем, как Хрущёв отдал ядерное оружие, и как завёл сюда русскую православную церковь.

Отказ от украинизации образования – такая же мина подрывного действия, заложенная под нашу независимость. Такая же, как и то, что отдали деньги Ощадбанка, как все сбережения украинцев вывезли, оставив независимую Украину ещё на старте с огромными долгами, с колоссальными неподъёмными переданными активами.

Это было абсолютно сознательно сделано.

Потому что государство не может влиять на то, на каком языке говорят люди на улице и говорят в семьях. Но оно абсолютно точно обязано влиять на то, на каком языке говорят государственные служащие и бюджетники, получающие зарплату из государственного бюджета.

И сделать украинские учебники для всех школ можно было. И наладить процесс преподавания на украинском языке во всех школах.

Потому что иначе случалось такое, как, например, в 2014 году, реальный парень из Горловки, ровесник Независимости, слушает меня и говорит: “Боже, как красиво вы говорите. Я ничего не понимаю, но это так красиво по-украински”. Я спрашиваю: “А что, вы никогда не слышали, как говорят по-украински?” – “Нет”. – “Так вы же ходили в школу, у вас же образование есть”. – “Нет, – говорит, – у нас всё по-русски”.

Так что это, если не сознательное преступление перед нашими людьми?

Россия приложила множество усилий, чтобы лишить украинцев гордости за себя, лишить преемственности, памяти, наследия. Они уничтожали наши архивы, стирали нашу историю, дискредитировали наших людей…

Это не только с Украиной случилось.

Мне дочь рассказывала историю, как парень в Ирландии каждый день звонит в местные кафе и говорит на гаэльском ирландском языке, пытаясь сделать заказ. Именно на местном их гаэльском языке! И ещё ни разу люди его не поняли. Он каждый день уже много недель выкладывает этот челлендж, и ему так и не удалось найти человека, который в Ирландии говорит на старом ирландском языке.

И дочь говорит: “Боже, эта нация пережила геноцид по сути”. Да, у них тоже был голодомор, происходила отчаянная война. Но в итоге есть страна Ирландия, но у них нет языка. И что же у них с языком происходит? Как долго продержится такая страна, если у них нет языка???

“Меня часто спрашивают, почему люди не переходят на украинский, даже когда нас обстреливают и бомбят, а они всё равно говорят по-украински”.

– Так вот, для людей, которые всю жизнь были русскоязычными или так же, как для нас, украиноязычных людей, бомба сама по себе не приносит в голову знание другого языка.

Даже когда тебя обстреливают, это не открывает какую-то чакру, которая автоматически делает тебя украиноязычным человеком. Требуется усилие для того, чтобы заговорить на украинском языке.

И из того, как я наблюдала взрослых людей, которые принимали решение переходить на украинский язык, таких очень много.

Первые полгода они говорили очень тяжело. Это был стресс, это было болезненно. Это как будто постоянно в голове работает Google-переводчик. А если твоя работа связана с общением, и ты переводишь на другой язык – тебе тяжело. Для того, чтобы заговорить свободно, нужен где-то год, возможно. Ну, для кого как.

Для того, чтобы начать думать по-украински и видеть сны по-украински, нужен по крайней мере год.

И это не вопрос времени, это путь. Что мы можем сделать в этой ситуации? Мы можем всеми силами поддерживать людей, которые встали на этот путь. Быть терпеливыми, быть позитивными, не указывать на ошибки, не говорить, что ты там неправильно написал, а позитивно и терпеливо слушать и отвечать дальше по-украински, понимая, что для того, чтобы люди заговорили по-украински, должна быть украиноязычная среда.

Кто может создать украиноязычную среду?

– Мы. Те, кто умеет, те, кому посчастливилось с детства знать украинский. Те, кто знает язык и может поддержать тех, кто только начинает переходить.

Но вину в том, что люди говорят по-русски, возложить на советскую историю, на советскую власть, на Россию, на российскую пропаганду, и на пророссийскую власть, которая сделала всё возможное для того, чтобы в Украине заговорили по-русски.

Что касается того, связано ли это с войной и каким образом война связана с языковым вопросом – это разные вещи, которые идут параллельными курсами. Война связана с тем, что Россия последовательно, многие десятилетия и столетия, пытается убивать, ассимилировать и уничтожать Украину. Это их идея фикс, которая передаётся из поколения в поколение.

Ненависть к украинцам, зависть к нашему быту, к нашей жизни, к нашим манерам и к нашей внешности, ко всему абсолютно. Это их глубоко укоренившийся комплекс неполноценности и их неистовое желание нас уничтожить.

Разные причины есть, но эти злые люди атакуют Украину, каждый раз выбирая момент, когда им кажется, что Украина слабее и остаётся буквально шаг-два для того, чтобы её одолеть.

Это повторяется с определённой периодичностью, и мы с вами понимаем, что этот вопрос будет снят с повестки дня только тогда, когда Россия как империя не будет существовать.

О том, какой ценой мы удержали украинскую книгу

Итогом общения во время форума могут стать слова Ирины Белоцерковской: “…Я не думаю, что кто-то из наших потомков поймёт, какой ценой мы удержали украинскую книгу, потому что у каждого есть своя личная история, связанная с этим. И каждая наша история является частью вашей, потому что именно к вам мы пробиваемся сквозь тревоги, обстрелы, блэкауты.

Спасибо всем, кто читает и покупает, благодаря вам мы можем создавать современную украинскую литературу!” 

Инесса АТАМАНЧУК, фото автора и участников события

* При финансовой поддержке чешской организации People in Need, в рамках инициативы SOS Ukraine. Содержание публикации не обязательно совпадает с их позицией