«Это какая Перовская? – удивится знающий историю читатель. – Неужели родственница той, которая убийство царя Александра Второго организовала?» Спешу подтвердить предположение: дед автора многих интересных детских книг Ольги Перовской Василий был старшим братом самой известной, если не считать Фанни Каплан, террористки Софьи Перовской. Причем в свое время – в начале двадцатого столетия, Василий Перовский считался весьма авторитетным человеком в городке Васильевка, что на Запорожье, у Лысой горы.
Дело в том, что после смерти – в 1894 году, строителя тамошнего дворца генерала Попова, огромным генеральским имением стал владеть его сын Юрий. Тот и познакомился в 1899 году в Крыму с сыном бывшего гражданского Санкт-Петербургского губернатора Льва Перовского Василием, отбывшим к тому времени ссылку, куда был отправлен после судебного процесса над сестрой Софьей [за организацию убийства царя, ее, напомню, приговорили к смертной казни]. На предложение возглавить имение в Васильевке Василий Львович согласился и весьма успешно работал управляющим в течение 15 лет.
Дом, в котором в Васильевке жила его семья, сберегся доныне и охраняется законом, как памятник истории. В этом доме 9 апреля 1902 года и родилась будущая писательница Ольга Перовская – вторая дочь дипломированного лесовода Василия Перовского – сына управляющего генеральским имением Василия Львовича.
Всего у Василия Перовского-младшего и его супруги Марии Давыдовны родились к 1907 году, когда семья уезжала из Васильевки, четыре дочери: София, Ольга, Мария и Наталья. В Казахстане [в городе Верном], а затем в Киргизии [на Иссык-Куле], где пришлось жить семье лесовода Василия Перовского, как раз получила самые яркие – детские, впечатления от общения с природой будущая писательница.
И сохранила их на всю жизнь.
Ольга Васильевна писала всегда, как я называю такой стиль, по-детски: очень просто. Так излагают свои мысли, насколько я заметил, только очень талантливые люди. И… дети, естественно, которым совершенно никакого таланта не требуется – их устами ведь Бог молвит. Видимо, за эту кажущуюся простоту [талантливую простоту] Макс Горький на первом съезде писателей и назвал Ольгу Перовскую «классической детской писательницей».
Не удержусь, чтобы не обратиться к самой Ольге Васильевне за примером классической, скажем так, детскости в писательском творчестве:
«С неба упала маленькая звездочка, – пишет она в своем «Острове в степи». – Над самой землей, в больших кустах, она как будто раздвоилась: из нее родилось два крохотных огонька. Огоньки отделились от кустов и поплыли к темному спящему дому. Вдруг они задрожали и заговорили обыкновенными человеческими голосами. Оказалось, что это никакие не звездочки, а самые простые папиросы в зубах двух человек. Одна папироса прыгает очень высоко. Это кто-то худой, долговязый и басистый. Он медленно вытягивает из грязи ноги и шагает, как в семимильных сапогах. Другой огонек на целый аршин ниже. Кто-то очень проворный, живой скачет через лужицы и стоит на одной ноге, выбирая, куда бы поставить другую».
Потрясающе! Дальше я читал, уже не отрываясь ни на что.
А потом собрал все книги Ольги Васильевны, которые только смог найти. И нашел их… 12. Причем две написаны в соавторстве с Георгием Замчаловым, который был супругом Ольги Васильевны. Он погиб на фронте в самом начале войны с гитлеровцами. А после его гибели в жизни писательницы началась… затяжная черная полоса: 15 марта 1943 года ее арестовали и влепили… десять лет лагерей. А ее книги запретили. За что? Я так и не нашел ответа на этот простой вопрос. Такая страна была – не дававшая ответов ни на какие вопросы. Страна, в которой многое вершилось тайно – зачастую, ночью.
*
Только в большом интервью художника-иллюстратора детских книг Льва Токмакова я отыскал кое-что о послелагерной жизни Ольги Перовской, умершей, кстати, в 59 лет – 18 сентября 1961 года:
«Участок, где зэчки должны были исполнять принудительную трудовую повинность, включал в себя длинную пыльную дорогу. И вот гонят этап, идут часовые с ружьями, с винтовками, с собаками, наученными рвать по команде. И Перовская вскоре занемогла и опустилась на землю. Все – это побег. И натравили на нее двух овчарок. «Вы же знаете, – рассказывала она подруге, вспоминая эту историю, – я же не боюсь, я, – говорит, – положила руки им на головы, и они легли рядом».
А охранники, темные ребята, они решили, что она колдунья, что ее надо бояться, что ее надо слушаться, и с этих пор все остановки диктовала только она. Плохо ей, чувствует, что надо сесть – и весь этап останавливается – никаких там тебе побегов. И, как сказала Перовская в заключение этого рассказа: собаки спасли ей жизнь».
Вот такая недетская история детской писательницы у меня получилось…
Владимир ШАК
*
«Ребята и зверята», 1925
«Мои волчата», 1927
«Ишка и Милка», 1928
«Чубарый», 1929
«Бердягинский внучек», 1929
«Остров в степи» [совместно с Георгием Замчаловым], 1934
«Необыкновенные рассказы про обыкновенных животных», 1939
«Мармотка», 1939
«Васька», 1941
«Про поросят», 1941
«Золоте руно» [совместно с Георгием Замчаловым], 1957
«Джан – глаза героя», 1958
«Тигренок Васька», 1959
