Листаем фотоальбом немецкого воздушного разведчика, летная часть которого в 1943 году базировалась в городе за днепровскими порогами
В городе Запорожье бортовой стрелок-радист экипажа самолета Ju-88D, оберфельдфебель Макс Лагода пребывал с 13 марта по 11 августа 1943 года. А его 2-я эскадрилья 100-й разведывательной авиагруппы Люфтваффе перебазировалась в Запорожье из Мариуполя чуть раньше – в конце февраля. Причем без оберфельдфебеля, чин которого условно можно приравнять к армейскому званию «старший сержант»: совершив 121 боевой вылет, 23 февраля он убыл в Германию в отпуск, захватив с собой… 20-литровую канистру подсолнечного масла. И пока он будет отсутствовать, я расскажу, что из себя представляла 100-я разведывательная авиагруппа.
Сначала – в предвоенный период, она именовалась как Aufkl.Gr.Ob.d.L: разведывательная авиагруппа при главнокомандующем военно-воздушными силами. Благодаря собранный летчиками группы информации, а над территорий СССР они совершали якобы испытательные полеты, немецкое руководство выяснило, какая техника сосредоточена на советских аэродромах и где находятся эти аэродромы. Разведданные Aufkl.Gr.Ob.d.L позволили немцам спланировать и осуществить в первые же дни войны операцию по уничтожению авиации приграничных округов СССР. В дальнейшем самолеты авиагруппы продолжали вести воздушную разведку, выполняя полеты на сверхбольших высотах – от восьми километров и выше. «Самолеты-призраки Третьего рейха», «Всевидящее око фюрера» – так говорили об авиагруппе дальней разведки, считавшейся одним из самых элитным подразделений Люфтваффе, оснащенным самолетами-разведчиками типа Ju-88 с двумя дополнительными бензобаками, что позволяло им находиться в воздухе до десяти часов. Всевидящее око фюрера – очень емко и точно.
С января 1943 года Aufkl.Gr.Ob.d.L известна как Aufkl.Gr.100 – 100-я разведывательная авиагруппа. Состояла она на тот момент из трех [четвертая формировалась] эскадрилий. «Зона их деятельности, – отмечает автор исследования «Всевидящее око фюрера. Дальняя разведка люфтваффе на Восточном фронте» Дмитрий Зубов, – поражает воображение. Их самолеты, появлявшиеся и исчезавшие, словно призраки, летали не только над Европой, Средиземноморьем и Северной Африкой, но также и над Ираком, Ираном и Афганистаном. Они приземлялись в глубоком советском тылу и выполняли беспосадочные перелеты через весь Советский Союз на японские аэродромы, как в северо-восточной части Китая, так и в самой Японии, перевозя образцы новой техники и стратегически важные материалы и сырье». Непосредственно 2-я эскадрилья авиагруппы имела специфическую, но вполне соответствовавшую назначению дальней авиаразведки эмблему в виде черного орла с фотоаппаратом в когтях, фотографирующего Англию. В 1943 году эта эмблема появилась и в Запорожье. А сегодня ее можно обнаружить на сделанных в городе за днепровскими порогами снимках, которые собрал в большой, чтобы не сказать огромный, альбом оберфельдфебель Макс Лагода. Альбом его я обнаружил на немецкоязычном портале flieger-hanspeter.ch и отобрал для себя только связанные с Запорожьем снимки. Их набралось девять. Добавленный к ним текст выполнен, конечно же, на немецком языке, причем имя города Запорожье оберфельдфебель – или тот, кто работал с его альбомом, в двух случаях так исковеркал, что его с трудом можно произнести. Впрочем, что с них возьмешь – фашисты они и есть фашисты. Черный орел, конечно же, запечатлел Днепрогэс – как восстановленный, так и еще разрушенный [большевиками 18 августа 1941 года], и Днепр – с видом на мост, переброшенный из Запорожья на Хортицу. А на одном снимке в кадр попало крыло самолета, с которого велась фотосъемка. Сделан он был 10 августа 1943 года, за день до того, как Макс Лагода покинул эскадрилью: его, опытнейшего стрелка-радиста Люфтваффе, награжденного Гитлером двумя Железными крестами и военным орденом Немецкого креста, направили инструктором в школу воздушных радистов. В конце войны оберфельдфебель-крестоносец попал в плен к американцам, а в послевоенные годы работал в тюрьме инструктором… по спорту. А, уйдя на пенсию, написал книгу с предлинным названием: «Ein Blick in die Vergangenheit – Kriegserinnerungen eines Fernaufklärers aus Russland und dem Orient» [Взгляд в прошлое – военные воспоминания дальнего авиаразведчика в России и на Востоке]. Умер он – на 97-м году жизни, 1 апреля 2016 года. Заимствованные из его альбома снимки Днепрогэса я дополнил фотографиями летчиков 2-й эскадрильи, включая самого оберфельдфебеля. Но я, однако, забежал вперед: нам ведь еще нужно дождаться его возвращения из отпуска.
В Запорожье оберфельдфебель вернулся 13 марта и уже на следующий день участвовал в боевом вылете. «Мы отправились, – вспоминал он, – в большую излучину Дона, пролетая, прежде всего, над крупными городами и железными дорогами, по которым снабжался русский фронт. Множество танков и другой военной техники двигались по ним. Русские стали гораздо сильнее не только на земле, но и в воздухе. И мы должны были наблюдать за небом еще внимательнее. Теперь появилось много английских и американских истребителей. Уже в первый день после моего отпуска мы имели контакт с двумя английскими истребителями». Первыми заметив англичан, немцы открыли огонь из всех стволов, а пилот Ju-88 погнал машину в облака… В Запорожье экипаж вернулся благополучно – с чуть пострадавшим, правда, самолетом, получившим несколько попаданий. «Истребитель, – объяснял далее Макс Лагода, записки которого внимательно изучил автор исследования «Всевидящее око фюрера», – намного меньше, маневреннее и быстрее, чем мы. Единственное, что мы могли противопоставить им, – нашу смелость. Как правило, бой выигрывал тот, кто первым увидел своего противника. Часто русские истребители оставались далеко позади только потому, что я или другой член экипажа первыми заметили их. Так нам удавалось избежать боя, хотя нередко можно было видеть их трассирующие очереди. Бдительность составляла половину успеха». И везение, конечно же.
Утром 30 июня экипаж обрефельдфебеля совершает вылет в район Саратова. «При пересечении линии фронта, – отметит он потом, – нас пытались перехватить. Но мы имели достаточную высоту и уже летели в сторону дома. Несколько очередей от Отто [одного из членов экипажа] из спаренного MG заставили русских истребителей удалиться. Мы были безумно рады и думали: «Слава богу», нас хотели сбить, а мы до сих пор летим. На высоте 3000 метров мы сняли кислородные маски, стали курить сигареты, ели шоколад и печенье». И тут бортрадист получает зашифрованное сообщение с земли: аэродром в Запорожье атаковали три советских бомбардировщика. В связи с этим перед посадкой Ju-88 сделал круг и разведчики увидели в конце взлетной полосы горящие обломки самолета – это был сбитый советский бомбардировщик. Кроме того, бомба разорвалась возле укрытия для наземного технического персонала, один человек погиб. Ночью налет советских бомбардировщиков повторился.
На рассвете 7 июля экипаж Макса Лагоды отправился в сверхдальний полет в район Сталинграда. При этом бортрадист обратил внимание, что инфраструктура там практически полностью восстановлена после разрушительных боев зимы 1942/43 годов: «Очень быстро железные дороги, мосты были отремонтированы. Все это снова работает. Судоходство на реке Волга также полностью оправилось от кризиса и пришло в движение». Через 12 дней оберфельдфебель участвовал в вылете в район Воронежа, где его Ju-88D-1 попал под огонь зенитной артиллерией. В итоге один из двигателей вышел из строя. Однако пилоту удалось не только дотянуть до линии фронта, а потом и до Запорожья, но и благополучно приземлиться. Но вскоре сопутствовавшее эскадрилье везение иссякло: в течение августа она потеряла – в добавок к сбитым ранее, четыре самолета и была практически разгромлена. В начале сентября ее отправили на отдых и перевооружение в Германию. Вновь на Восточном фронте черный орел с фотоаппаратом в когтях появился лишь весной 1944 года. Ну, а оберфельдфебель Макс Лагода, как я говорил, получив приказ о переводе в авиашколу бортрадистов в городе Эрфурте-Биндерслебене, покинул Запорожье еще раньше – 11 августа.
Днепрогэс и часть левого берега
Днепрогэс с правого берега
Хортица – справа, электромачты на левом берегу и мост через Новый Днепр
Разрушенный большевиками Днепрогэс
В Запорожье – черный орел с фотоаппаратом в когтях
Эмблема 2-й эскадрильи 100-й разведывательной авиагруппы Люфтваффе
Экипаж Ju-88: Макс Лагода – с цветами и эмблемой эскадрильи и эстафетным вымпелом. У стоящего слева от него летчика на груди – две кислородные маски, использовавшиеся при полетах на больших высотах. Одна, видимо, Макса Лагоды. Запорожье, 9 июля 1943 года
Ju-88 с черным орлом на борту
Торжественный момент во 2-й эскадрилье, Запорожье, 20 августа 1943 года
Вот такие снимки доставляли воздушные разведчики Люфтваффе. Именно этот экипаж Макса Лагоды сделал 22 августа 1942 года над Баку [тогда эскадрилья базировалась в Мариуполе]
Макс Лагода, 2015 год. На лацкане его пиджака – миниатюрные копии Железных крестов
