Храм в запорожской глубинке, в котором службу правят… ангелы

А в 1944 году за хулиганство в нем устроил разнос своим подчиненным ас Второй мировой, командир гвардейского авиаполка Александр Покрышкин

Находится этот храм в поселке Черниговка. Это – райцентр Запорожской области. От Запорожья до него – 135 километров. С учетом наших дорог, далековато. Глубинка. Как оказались гвардейцы-авиаторы в Черниговке? А вот как: накануне 1944 года 16-му гвардейскому авиаполку, который только-только принял под свое командование гвардии майор Александр Покрышкин, приказали перебазироваться… в Черниговку – на отдых и доукомплектование. Можно в связи с этим только догадываться, какие чувства переполняли сердца черниговских девушек, попавших под прицел метких глаз истребителей, и сколько голов девичьих закружилось от блеска орденов и медалей гвардейцев.

Конечно же, Александр Иванович в своих послевоенных мемуарах вспомнил о Черниговке. Да и как было не вспоминать: в этом селе он официально заключил брак с медсестрой из батальона аэродромного обслуживания. Причем… 1 апреля)

«День такой похмурый выдался, ненастный, – рассказывала бывшая заведующая Черниговским ЗАГСом Мария Прийма, которую мне помогла отыскать директор поселкового краеведческого музея Антонина Харченко. – В момент, когда военный «бобик» к ЗАГСу подъехал, я сидела за столом. Машины тогда в диковину были, поэтому во все глаза стала смотреть: кто ж подъехал? Вижу, вышли двое – мужчина и женщина. Оба в военной форме. А вот уже и в дверь стучат. «Заходите», – предлагаю. Они и заходят. У мужчины на голове не фуражка, а шлем. И тужурку помню. Застегнутую. На женщине шинель запомнила и косы под пилоткой. «Распишите нас?» – обращается ко мне мужчина. «Пожалуйста, только для начала документы предъявите». И, взяв военные билеты пришедших, прочитала фамилию в одном из них: Покрышкин».

Сколько ж времени с того разговора с Марией Ивановной прошло? Лет пятнадцать, наверное. Я тогда собирал материал для большого очерка об истории любви маршала Покрышкина, Черниговку в связи с этим оставить в стороне не мог. Побывал на аэродроме, с которого однажды умчался за своей невестой гвардии майор Покрышкин. А потом наведался к храму, тоже описанному Александром Ивановичем:

«Я снял квартиру в центре села, во второй хате от церквушки, навевавшей своим ветхим видом тоску». Это в 1944 году она навевала тоску. А я возле нее оказался… через 60 лет. От церквушки одни стены оставались. И то – частично. Получается, мелькнула у меня тогда мысль, маршал представления не имел о настоящей ветхости)

Мне рассказывали, что церковь та еще в середине 60-х перестала существовать. Вот ведь как с ней получилось: фашисты не тронули ее, а коммунисты, через двадцать лет после Победы, разрушили святыню. И в кого, интересно, уродились мы такими недоумками? Кстати в то время – в начале двухтысячных, полуразрушенную церквушку посещала лишь… помнившая Александра Покрышкина бабушка Катерина Семик, жившая по соседству. До центра-то, где действовал по-современному обустроенный храм, далеко в ее годы было добираться.

Естественно, и я заглянул в ту церквушку и удивился увиденному: в алтарной части на меня с иконы [не иначе как чудом сохранившейся] строго взглянули Иисус, восседающий на троне, Иоанн Креститель и Матерь Божия. Очень неловко мне стало от их пристальных взглядов. Подумалось даже, что именно меня Христос и его святое окружение подозревают в доведении до запустения и разрухи храма сего.

А в сознании тут же всплыла история, услышанная от бабушки Катерины:

«В страстную пятницу, перед пасхой 1944 года, в церковь забрели четыре подвыпивших летчика. И стали за батюшкой шаг в шаг следовать – дурачились. «Сыночки, – просит их оказавшаяся тут же пожилая сельчанка, – не творите грех, образумьтесь». А один из летчиков бросает ей: «Бабушка, Бог и я – мы с ним друзья. Он на небесах и я на небесах».

– Батюшка как на них отреагировал? – поинтересовался у Екатерины Степановны.

– Не злобливо. «Пусть ходят», – говорит. Добрым человеком был. К служивым снисходительно относился – у самого сын офицером воевал. А вот когда слух о церковных хождениях летчиков до их командира дошел – до Покрышкина, значит, ох, как разозлился он! Ох, как выдал озорникам. На всю жизнь, наверное, запомнили».

А еще я у Екатерины Степановны полюбопытствовал тогда, где, мол, вторая хата от церквушки находится, в которой Покрышкин остановился, коль ваша – первая? «Не сохранилась она, – ответила словоохотливая сельчанка. – Развалины только от нее остались».

Нынче журналистские пути-дороги снова привели меня с коллегой в Черниговку, в которой за то время, пока я туда не заглядывал, произошло много перемен. Не стало, в частности, Екатерины Семик – умерла в возрасте 90 лет в минувшем году. У дороги – неподалеку от «ветхой церквушки», появился памятный знак: на этом, мол, месте стоял дом, в котором проживал трижды Герой Советского Союза Александр Покрышкин с супругой. Это не совсем так. По уточнению встреченного нами Василия Григорьевича Кравцова, хорошо помнящего гвардейцев-истребителей Александра Покрышкина, при том, что ему в 1944 году было всего шесть лет, дом легендарного летчика находился много далее от дороги.

Еще Василий Григорьевич подсказал, что в здании, в котором в войну обедали летчики, потом была школа. А потом… здание пришло в упадок и запустение.

Побывали мы, конечно же, и в «ветхой церквушке», навевающей уныние своей ветхостью. Мне показалось, что за пятнадцать лет, что я не был в ней, она еще более обветшала. Но икона таки в ней присутствует: сам Иисус Христос благословил нас, когда мы зашли в алтарную часть. К слову заметить, по объяснению сведущих людей, у Бога нет разрушенных и заброшенных церквей. А в тех, которые как бы заброшены, службу правят… ангелы.

Также мы попытались выяснить, кто и когда разрушил черниговскую церковь. Вроде бы, ломать ее – в шестидесятые годы, взялись по распоряжению председателя местного колхоза. А камень он с раскуроченной церковной стены – южной, забрал себе – для строительства собственного дома. И построил его. Но вообще не жил не нем.

С домом – после завершения строительства, стало твориться что-то невероятное: свист и вой в нем сами собой постоянно раздавались. Причину их появления так никто и не определил.

А мне знающие люди подсказали, что вой и свист выдает хитро замурованная в стену… пустая бутылка. Кто-то таким образом решил наказать председателя-безбожника.

Владимир ШАК

Фото автора