Ровно пять лет назад, 9 марта 2014 года, журналисты из Запорожья – я, Анастасия Писарева и Сергей Томко, побывали на блокпосту украинских десантников и пограничников в селе Сальково Херсонской области, куда уже подтянулись из Крыма оккупанты-рашисты.
Вот, о чем я, вернувшись в Запорожье, рассказал читателям нашей газеты:
Следующий блокпост находится на выезде [в сторону Крыма] из соседнего поселка Чонгар. Контролируется он пророссийской крымской самообороной и российскими казаками, которые, к слову, не скрывают своей принадлежности к России
В общей сложности от Сальково до Чонгара 18 километров. О чем и уведомляет придорожный самописный указатель-информатор: имейте в виду, мол, что до российских оккупантов осталось всего ничего.
Еще вот на что я обратил там внимание: на старые, оборудованные еще немцами-оккупантами, мощные бетонные доты, которые разведчики с чонгарского блокпоста используют… в качестве наблюдательных пунктов. Право слово, Гитлер бы дар речи потерял, узнав, что из его дотов братья-россияне, через 69 лет после окончания войны, будут следить за братьями-украинцами.
Такие вот братья нам достались.
До недавнего времени, между прочим, жители Чонгара оставались, можно сказать, наедине с нынешними оккупантами Крыма: украинский пограничный наряд за поселком был выставлен только… 8 марта. А до этого россияне беспрепятственно закатывали в поселок на бэтээрах – салом, например, разжиться.
Удавалось? Удавалось сбежать не побитыми: херсонское сало горьким на вкус получилось – с привкусом матов [такое себе херсало, если выражаться по-простому].
Ну а я тем временем предлагаю вернуться в Сальково, где нас ждет заместитель командира десантного батальона майор Ярослав Калашников.
Кстати, когда утром, промчавшись по пустынной [без преувеличения] трассе от Мелитополя до Сальково, мы остановились возле блокпоста в селе и попросили бойцов вызвать кого-нибудь из командиров, те, переговариваясь друг с другом, несколько раз произнесли фамилию «Калашников». Я по наивности предположил, что нам десантники на всякий случай, который принято называть пожарным, автоматы АК выдадут))). Оказалось, майор Калашников – просто-напросто однофамилец конструктора автомата Калашникова.
*
Пока мы дожидались майора, я внимательно осмотрел блок-пост. Занимает он, в общем-то, приличную территорию. Непосредственно на дороге десантники соорудили заграждение из бетонных блоков и мешков с песком. Тут же, образно говоря, на острие удара, стоит бэтээр с развевающимся украинским флагом. Чуть в стороне – ближе к железной дороге, еще один. В окопе. В этой же низинке, совсем недалеко от «приземленного» бэтээра, находится батарея минометов, укрытых маскировочной сеткой. С противоположной стороны трассы – палаточный городок [с флагом десантных [аэромобильных] войск Украины], передвижная медсанчасть и техника: тяжелые «Уралы», грозные бэтээры.
Обратил я также внимание на вооружение десантников. Тот, который первым произнес фамилию Калашников, имел при себе автомат с подствольником. У выдвинутого вперед бойца за спиной находился ручной пулемет. Остальные вооружены были обычными автоматами. Не оснащенными, что принципиально важно, магазинами с патронами.
– Видя это, – объяснит подошедший майор, – люди понимают, что мы здесь стоим ради мира.
– А вообще, как местный народ к вам относится?
– Отлично! Никаких проблем не возникает. Помогают, чем могут. И поддерживают нас очень.
Еще бы, подумал я: ведь у майора сегодня за спиной не только его десантники и их родные и близкие, но и вся Украина, которую он защищает. И это хорошо понимают люди из ближайших к блокпосту сел. И мы это поняли.
*
В стороне, за железной дорогой, взлетают несколько ракет. Вроде фейерверка. Я не успеваю задать вопрос, как майор сам отвечает на него:
– Это сигнальная мина сработала, зафиксировавшая попытку проникновения на нашу территорию.
– И часто такое случается?
– Постоянно. А буквально за ночь до вашего приезда разведчики с той стороны пытались выкрасть нашего снайпера. Он, правда, оказался более внимательным, чем предполагали непрошенные гости.
– Кто конкретно это был, что за гости?
– Один был одет в форму кубанского казака. На остальных была полувоенная – защитная, форма без знаков различия. А вот оружие они имели при себе самое что ни на есть армейское. Последнего образца.
Еще одна провокация, которую пытались осуществить оккупанты [у меня язык не поворачивается засевших за Чонгаром боевиков по-иному назвать], сводилась к следующему. Возле бойца с блокпоста останавливалась легковая машина, из которой доброжелательный водила выставлял пакет: это тебе, браток, передача от благодарного населения. При этом из другой машины за бойцом велось видеонаблюдение. Если бы он взял пакет, этим же вечером соответствующие телеканалы обнародовали сенсационную новость: на украинском блокпосту из Крыма на материк за взятки пропускают без осмотра любой транспорт.
Десантник пакет не взял. И тут с херсалом «братья» остались.
Зато с того дня прибывающий на блокпост транспорт бойцы осматривают более чем тщательно. Их главная задача – не пропустить на материк врагов… извиняюсь, оговорился… вооруженных людей, которые уже не только в Крыму хозяйничают: они на херсонской стороне – прямо по полям роют окопы, оборудуют минные заграждения и пытаются делать разметку под будущую границу.
По сути, они у меня, у нас с вами, Родину отнимают. Нашу Украину, на защиту которой вышли десантники майора Ярослава Калашникова.
Бог вам в помощь, ребята!
Владимир ШАК
Фото Сергея ТОМКО
Майор Ярослав Калашников на блокпосту в Сальково, где его десантники в начале весны 2014 года оставались единственной силой, которая могла противостоять возможной агрессии путлеровских рашистов, вторгшихся в Крым
***
На украинском блокпосту, 9 марта 2014:
