Предугадывая вопрос, а куда же делась Акимовка, расположенная чуть в стороне от крымской трассы, уточню сразу: ничего с ней не случилось – на месте она. Все там же, чуть в стороне от крымской трассы. Но райцентром больше не является. Процесс ликвидации райцентров и, соответственно, районов нынче называется словом, которое с первого раза не выговоришь:
децентрализация.
В ходе этой самой децентрализации Акимовский район стал составной частью большого Мелитопольского района. Сама же Акимовка теперь – поселок городского типа в составе Мелитопольского района.
За несколько лет, что я не был в Акимовке, она заметно похорошела. Я бы даже сказал, приобрела свой стиль. Особенно это заметно в том микрорайоне, где находится историко-краеведческий музей. К слову заметить, директор музея Виктор Гнедашев не только знает массу интересных фактов об Акимовке и бывшем Акимовском районе, но и охотно делится своими знаниями со всеми, кто обращается к нему за подсказкой. А мы с ним однажды даже под землю опускались. Дело в том, что одной из самых загадочных загадок Акимовки являются… ее подземелья. В них не то, что можно во весь рост стоять – всадник в старину свободно проезжал: там очень высокий полусферический потолок. Кто и для чего создал эти подземные ходы и как далеко они могут простираться – говорят, далеко в степь уходят, никто не может объяснить. Хотя кое-какие догадки имеются. Кстати, аналогичные подземелья есть и в городе Приморске. Не в одно ли время они строились?
Однако и на поверхности земли в Акимовке много интересного. Историко-краеведческий музей, например, расположен в одном из особняков имения купца Подтетенева. Помнится, в списках эмигрантов первой волны я встречал фамилию Александра Подтетенева, окончившего школу прапорщиков в 1916 году. Не акимовского ли купца он родственник? А “Алфавитный указатель фамилий и фирм купцов и промышленников Российской империи”, за 1899 год упоминает Павла Емельяновича Подтененьева.
Картинная галерея – может, на зависть всем, Акимовка и такой достопримечательностью похвастаться, несколько лет назад разместилась в купеческой приемной. В приемной не в нашем понимании – где, как мы привыкли, хозяйничает суровая секретарша, не допускающая никого к своему патрону. Речь о просторном помещении, в котором купец принимал гостей. Картинная галерея в Акимовке появилась благодаря стараниям все того же Виктора Гнедашева.
– А школа, что напротив, тоже купцом построена? – спросил я у него.
Оказалось, школу строили за казенный счет. И построили – в 1904 году, так, что она и сегодня удивляет красотой и изяществом. Очень празднично выглядит. Как будто бы у нее завтра – самый ответственный лень… 1 сентября, конечно же.
Выйдя из картинной галереи и, задержавшись ненадолго возле кованого герба Акимовки – работы местного кузнеца Александра Калинина, а также попытавшись сыграть нехитрую мелодию на рояле, оказавшимся… уличной скамейкой, мы неспешно подошли к школе. Внутрь заходить не собирались, а вот у мемориальной доски, укрепленной у входа, задержались. «Бояринов Григорий Иванович, – прочитал я вслух. – В 1940 году закончил Акимовскую среднюю школу. Полковник, погиб 27 декабря 1979 года в Афганистане во время штурма дворца Амина в Кабуле. 28 апреля 1980 года присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно)». Мне хорошо был известен уроженец Акимовки, ас Второй мировой, летчик-истребитель, Герой Советского Союза подполковник авиации Сергей Щиров. Полковника Григория Бояринова я не знал вообще. Поэтому внимательно стал рассматривать его фото, размещенное на мемориальной доске. Орден Красного Знамени разглядел у него на груди слева и парашют – справа. Вероятно, десантник, предположил я. Мне когда-то такой же выдали – вместе с армейским удостоверением о прохождении курса наземной и воздушной подготовки.
Спустя время, наведя справки, я с удивлением узнал, что Григорий Бояринов не просто участвовал в штурме дворца Хафизуллы Амина – он руководил этим штурмом. По сути, закончивший некогда акимовскоую школу полковник устроил в Афганистане… государственный переворот. Так называются подобные вещи. А школу он не в 1940 году закончил, а на год раньше: в феврале 1940-го он уже был курсантом Черкасского пехотного училища, эвакуированного – после начала войны с немцами, в Свердловск. В июле 41-го там, в Свердловске, и получил первый офицерский чин будущий Герой Советского Союза. Орден Красного Знамени он заслужил на той войне – с немцами. А к нему – медаль «За отвагу». А спустя 34 года после победы над немцами, уже будучи полковником, Григорий Бояринов развязал войну в Афганистане. Не навоевался, выходит? Кстати, именно он был одним из создателей спецотряда «Зенит», состоявшего из советских террористов. Они и штурмовали дворец Амина – при поддержке немногочисленных армейских подразделений, обеспечивавших огневое прикрытие штурмовиков-террористов, скрывавших под бронежилетами погоды офицеров госбезопасности [от срикошетившей от края бронежилета пули и погиб полковник Бояринов]. В последствии эти террористы вошли в отряд специального назначения «Вымпел», заявивший о себе и в Украине: его бойцы пытались штурмовать Донецкий аэропорт, оказавшийся… более крепким орешком, нежели дворец Амина. Защитники аэропорта, которых потом стали называть киборгами, в одном бою уничтожили больше «вымпелов», чем их настреляли за все годы существования отряда.
Вот такая разная она, Акимовка, которая больше не является райцентром.
Фото автора
