Вторник, 14 Март 2017 17:04 Версия для печати

Музыкальное путешествие сквозь века и эпохи

Оцените материал
(1 Голосовать)

Музыкант, аранжировщик, композитор, коллекционер, знаток и неутомимый популяризатор музыки одессит Андрей Прахт создал и возглавляет уникальный ансамбль, который исполняет классическую музыку на раритетных старинных инструментах. Ему 41 год, 36 лет из которых он занимается музыкой. В 14 лет уже знал, что непременно будет играть на клавесине. И мало того, что играет виртуозно, но еще живет в мире музыки. Андрей может часами говорить о музыке в контексте исторических событий, выдающихся личностей, судеб народов, естественно-научных процессов и явлений. В его рассказах-лекциях музыка и все, что с ней связано (а связано исключительно все, что его окружает, и что он знает), составляют всеохватывающее единое целое, где всему есть объяснение посредством пяти линеек нотного стана и семи нот. Он так убедительно и мощно аргументирует, смело формулирует версии и делает выводы, азартно ошарашивает сведениями и фактами, увлекательно рассказывает о композиторах и музыкантах, что концерт превращается в захватывающе интересный лекторий.

Ему под стать спутницы по концертному турне городами юга Украины. Выше всяческого восхищения мощный искрометный вокал — «высший музыкальный пилотаж» Елены Рихтер, олицетворяющей барокко. А ренессансная внешность, утонченность и изысканность Ирины Лукьянчук — в тон капризной красоте нашедшей ее неаполитанской мандолины.

В Бердянском художественном музее им. И.И.Бродского, где в самом большом выставочном зале был аншлаг, концерт PRACHT-ENSEMBLE по случаю 500-летия Реформации длился почти два часа и — на одном дыхании.

И это в Бердянске, скажем так, не слишком избалованном шедеврами мировой музыкальной классики в аутентичном исполнении.

— Я Бердянск люблю, — признался после концерта Андрей Прахт. — Причем, я его ощущаю на каком-то энергетическом уровне. Публика здесь фантастическая. Она впитывает все, абсолютно не борясь с предубеждениями. Не конфликтная публика. Высокое и достаточно сложное она готова воспринимать. Это говорит о том, что существует какой-то ментальный ценз определенный. Потому что в других городах, которые мы охватили в этом турне (Одесса, Николаев, Херсон, Мелитополь – прим.авт.), бывало очень сложно раскочегарить. И ты не можешь понять, что ты не так делаешь, — и так же стараешься играешь, и так же убедительно рассказываешь. А достучаться сложно. Не знаю, с чем это связано. А в Бердянске о таком даже не задумываешься — легко и приятно.

— Сложно остаться равнодушным, когда Вы так виртуозно провоцируете с непринужденностью рассказчика. Заводятся даже академически несокрушимые музыкальные педагоги.

— Я обязан рассказывать, обязан немножечко просвещать, читать лекцию. Потому что тому, кто забывает историю, она напоминает о себе выстрелом в спину. Часто, наши музыканты, композиторы современной генерации просто изобретают в очередной раз велосипед. Зачем!? Получить достаточно какие-то знания, и идите дальше — вперед!

— Преодолевать внушительные расстояния в таких турне, работать с разными аудиториями, концерты — немалая трата энергии. А что получаете взамен?

— Это сложно объяснить. Боюсь, что это — сублимация. Отдавая что-то одно, ты получаешь взамен где-то в совершенно другом. Я же не банкир. Кстати, я — сын банкира. Но у меня одна из самых ценных в Восточной Европе коллекций музыкальных инструментов. И каким-то образом они меня находят. Не я их, а они меня. Война началась. Казалось бы, в Украине — страшная беда. А в 14-м году, вдруг, я должен выехать в Лондон и покупаю уникальный клавесин. Уникальный! Точно такой же был у Гайдна и у Генделя. Он просто ко мне пришел. Как это объяснить? Да и стоит ли? Жить без мистики не так интересно.

— Люди, которые рядом с Вами, тоже пришли в следствии необъяснимых стечений обстоятельств?

— Тут много разных факторов. Политические, временные, возрастные. Поездки сильно изматывают. Думаю, не стоит объяснять, как иногда сложно бывает спать не в своем доме. Я — за рулем, исполняю обязанности грузчика, автослесаря, накачиваю колеса, настраиваю клавесин. А есть еще административная работа, репертуарная политика, бухгалтерия, отчетная документация, — все не охватить. Поэтому, когда есть хороший коллектив единомышленников, как-то стараемся разделить миссии. В нашем трио сейчас административно-бумажными делами занимается Елена Рихтер (сопрано — прим. авт.). Ирина Лукьянчук (мандолина — прим. авт.) взяла на себя быт. А я принимаю остальные 90 процентов.

— И чем же удается стимулировать этот perpetum mobile — запускать и поддерживать в рабочем состоянии?

— От вуду я, действительно, далек, но открыл для себя непостижимую вещь: иногда общение со случайным слушателем, в чьих глазах я прочел то, что он получил ответы на вопросы, которые не удавалось сформулировать до этого, осознавая, что он проникся, я каким-то образом вижу необходимость этой миссии. Если среди ста человек, один вот такой находится, это стоит всех усилий.